Вдруг я будто очнулась ото сна и поняла, что Стивен ушел и, если не считать Хантера, то в гостиной я одна. Я настолько погрузилась в свои мысли, что совсем упустила из виду этот момент. Я прошла на кухню, налила себе воды. Взгляд мой снова упал на фотографии на стене. Я бы была совсем не против, если бы следующей в ряду стала моя. И тут я поняла, что, кроме одной из них, в доме больше нет ни одного снимка с его детьми. То есть, нет ни рамок с детскими фотографиями, ни совместных, ни взрослых - вообще никаких. У него два сына, уже взрослых сына, он в разводе, а в доме нет ни одного упоминания или даже намека на это. Неужели, они так отдалились друг от друга, что даже не общаются? Хотя как тогда появился этот снимок сына с мотоциклом? Что-то я ничего не понимаю. Джен должна быть в курсе всего происходящего, если она знакома со старшим сыном Стивена. А, может, стоит расспросить его самого? Я могу и узнать про его семью, и немного покопаться в его душе и чувствах к ним, даже если он и разозлиться, это все равно даст мне больше понимания его характера, чем просто игнорирование подобного факта.
Я стояла под одной из картин и пыталась изучить лицо сына Стивена, хотя оно и было снято далеко не крупным планом. Он определенно очень похож на отца, но насколько? Наверное, я даже стала на цыпочки.
- Тебе так понравился мой сын? - раздался голос Стива за моей спиной.
Я чуть не подпрыгнула от неожиданности:
- Прости, мне просто интересно, какой он. Я нигде не видела у тебя фотографии твоих детей, кроме этой. Мне стало любопытно, - решила я честно признаться во всем. - Вы с ними не очень ладите?
- Как-то не задумывался об этом. В офисе на столе есть снимок ребят. Сейчас в век технологий мы поддерживаем отношения, переписываемся, в основном все в телефонах или компьютерах.
- Значит, этот снимок висит тут исключительно из-за мотоцикла? - улыбнулась я ему.
- Ты просто читаешь мои мысли, Тинк. Я бы все же предпочел, чтобы такое пристальное внимание ты уделяла мне, а не другому мужчине, даже моему собственному ребенку, - улыбнулся он и щелкнул выключателем света.
В гостиной резко стало темно. Он стоял на фоне дверей спальни, которая сейчас осталась единственным источником света и как прожектор освещала его шикарное тело. Ему не нужно было ничего говорить мне, я и сама направилась к нему. А он знает, как себя правильно показать. Он был в одном полотенце, тени прекрасно подчеркивали его силу, создавая дополнительный рельеф на его торсе и руках. Волосы казались еще темнее. Он действовал на меня как наркотик, отказать ему, отказаться от него я была не в силах.
Я подошла к нему вплотную, положила руки ему на грудь, медленно провела вниз по животу, вдоль полотенца и дернула за угол, который он небрежно заправил внутрь. Полотенце упало к нашим ногам. Я обняла его за талию, встала на цыпочки и потянулась к его губам. Он наклонился и поцеловал меня, положил ладони мне на плечи и спустил шлейки майки, потянув их дальше по рукам, его пальцы обжигали мою кожу. Майка упала туда же к полотенцу. Я застонала, подняла руки и слегка толкнула его в живот. Он схватил меня чуть выше локтя, его рука сползла ниже к запястью, он попятился и потянул меня за собой. Я довольно улыбнулась ему и последовала за ним. Он сел на край кровати, притянул меня к себе и начал осыпать поцелуями мой живот. Я уперлась руками ему в плечи и оттолкнула его. Сегодня я хотела изучить его, почувствовать его, ощутить его, разгадать его, запомнить его.
Я заставила Стивена лечь на спину, а сама нависла над ним. Я нежно целовала его губы, щеки, подбородок, провела языком по его шее, ключицам. Мои руки внимательно исследовали каждый миллиметр его кожи, губами и языком я повторяла их путь и движения. До чего же у него плоский живот: от возбуждения он прерывисто дышал, и каждый раз его мышцы мерно сокращались и напрягались. Я спустилась ниже по его животу, продолжая ласкать его. Я поцеловала самый низ его живота, провела языком еще ниже и обхватила его набухшую плоть губами. Я почувствовала, как он напрягся, как пульсирует под моими губами маленькая жилка. Я начала нежно исследовать его языком, сначала немного не уверенно, потом все настойчивее и смелее. Он застонал, схватил меня, откинул на кровать рядом с собой и придавил своим весом к постели.
- Если ты продолжишь, то потом сама об этом пожалеешь, - прошептал он мне в губы.
Его поцелуи были страстными, ласки быстрыми и почти грубыми, но я все также получала лишь наслаждение. Он никогда не сможет причинить мне боль или заставить пожалеть о своем выборе.
И вновь возвращение в реальность захватило меня неумолимо и быстро, отодвинув время, проведенное со Стивеном на такое расстояние, будто это был лишь сон, порождение моего возбужденного воображения.
