В ту минуту, когда с небес полетели незримые лучи, выжигая в земле огромные круглые воронки, когда на территории исследовательского комплекса поднялась тревога, и жизнь небесной страницы оказалась под серьезной угрозой, резиденту ничего не оставалось, как попросить помощи у хозяев. Войдя в грандиозную чашу расположенного неподалеку радиотелескопа, он послал отчаянный и мощный импульс в район Альфы Волопаса (в тех местах по его предположениям обреталась цивилизация уирков). Это неожиданно подействовало. Нападения прекратились. А спустя некоторое время в небольшой комнатушке на восьмом этаже появился и сам Уирк. Он был не на шутку встревожен полученным сообщением.
– Что, же все-таки произошло? – вслух размышлял он. – Вы говорили, что у вас появлялось ощущение холода?
– Как вам объяснить… это не температурное понятие. Ну… понимаете, как будто идешь по лужайке и вдруг оказываешься на краю разверстой могилы где тебя ожидает смерть, – и проваливаешься туда…
– Не понимаю.
– Ну… будто сидишь в комнате, внезапно открывается форточка и тебя в нее засасывает вихрем, понимаете?
– Не понимаю.
– Ну, а то, что на нашу планету совершено нападение, что погибли десятки людей, что Земля встревожена, объявлена мобилизация, что все народы готовятся к отражению космической агрессии, это вы хоть понимаете?
– Не понимаю. Ни один из членов Ассоциации на вас не нападал. Подходы к Галактике мы контролируем. Вашу планету охраняют фьйорги, но и они понятия не имеют, что могло произойти. Мы предполагаем, что это особого рода коссмческие тела, метеориты из антиматерии. При их столкновении с материей происходит аннигиляция. Вспышек вы не заметили?
– В том-то и дело, что нет. Скажите, а вы полностью доверяете фьйоргам?
– Что значит, «доверяете»? – возмутился Уирк. – Это – надежные, добротные, высококвалифицированные создания, прекрасно отвечающие своей основной функции…
– Какой же? – перебил его резидент.
– Разрушать. Фьйорг – высокоорганизованные разрушительные машины большого интеллекта и мощности. В древности они использовались для разрушения ненужных объектов, расчистки территорий. Потом прогрессировали… как и мы все. Они нам необходимы. И вам.
– Для чего? У нас и так слишком много средств разрушения. Ведь мы мечтаем, чтобы они больше не понадобились.
– Фьйорги никогда не пользовались своими способностями для военных целей! – отрезал Уирк. – Они разрушают исключительно в целях прогресса.
– Некоторые наши «сильные личности» тоже так говорили, – вздохнул резидент. – Но я прошу вас во избежание подобных нападений взять планету под интернациональный контроль. Я но доверяю этим загогулинам. Я постоянно жду от них какого-нибудь подвоха.
– Это исключено, – отрезал Уирк. – Они никогда не действуют исподтишка. Ну, хорошо, мы примем меры. Недели через две начнутся дебаты по вопросам эволюции. Туда мы пригласим и вас. Вы изложите свои соображения.
И как всегда не прощаясь, он растворился в воздухе.
А резидент налил себе еще один стаканчик мутно-желтого чая и крепко задумался.
«Нет, неправда! – доказывал он Лале. – Они обещали мне не трогать ее!»
«Ты веришь их обещаниям?»
«Да, они не могут лгать».
«Все люди лгут».
«Но мои хозяева не люди. Это…» – он замялся.
«Машины?!» – взвизгнула она.
«Тише, тише! – затрясся он. – Успокойся, пойми меня правильно. Это не совсем машины. Рано или поздно наступает такой момент, когда самопрограммирующиеся роботы начинают осмыслять окружающий мир, совершенствоваться, стремиться к познанию, у них просыпается сознательное отношение к миру, они начинают организовываться. Происходит качественно новый этап эволюции…»
«И ты… ты – тоже?»
«Когда-то я был таким же человеком, как и ты, – с грустью признался он. – Хотя – нет, гораздо больше в те времена я был машиной. Хорошо работающей, запрограммированной на беспрекословное выполнение приказов. Ты понимаешь, раньше я не мыслил, не творил, а лишь делал то, что мне предписывали. И ничего сверх того. Я выводил балансы, подгонял расчеты, прибавлял в одном месте и убавлял в другом, создавая видимость благополучия. Все это я делал, сознавая, что поступаю неправильно, подло, во вред народу. При моем участии кучка прожженных мерзавцев богатела день ото дня. Но я боялся выступить против них. Тем более, что мне ничего не грозило. Ведь я только считал и раскладывал по полочкам, а они подписывали. И тогда наши соседи по космосу показали мне, насколько я могу быть нужным людям, сколько пользы могу принести, если стану не столько машиной, сколько живой, деятельной личностью с неограниченными возможностями. Я ведь старался быть полезным, Лала, очень старался. И я почти человек, разве что в меня вживлено сорок шесть микроэлектронных контуров и установка транстипи…»
«Машина!» – с бессильным ужасом подумала она.
«Я ведь объясняю…»
«Как ты смеешь читать мои мысли?!»
«Я не умею читать мысли, – сознался он. – На это машины неспособны. Я просто…»
«Ну?»
«Когда ты была без сознания, я вживил в твой мозг крохотную радиостанцию…»
– Нет!!.. – закричала она, схватившись за голову. – Нет! Никогда! Только не это!..
