Сидевший напротив Григория, Овчаренко, строя гримасы, старался, успокоить друга и просил помолчать. Совещание так и закончилось ничем. «Главный» посоветовал не терять связи с участковым, полистать подшивку, подумать.
– А главное хотеть, – передразнил Радик главного редактора, когда они с Григорием уходили из его кабинета.
Прошло несколько дней, новые задания, сообщения и события как-то незаметно, но очень кстати отодвинули на задний план его неудачную поездку.
Через пару-тройку недель напомнил о себе участковый Ткаченко. В своем письме он писал, что недавно, видимо, день или два назад выписали из больницы Сергея Судьина. Там он провел почти месяц, пока окончательно успокоился.
Далее в письме Ткаченко сообщал, что случайно нашелся, приехал в гости к знакомым, один бывший житель города, который в 1968 году участвовал в установке того самого памятника ЗИС-5, вокруг которого: «рванула шаровуха», – невольно улыбнулся Сомов простоте слога полицейского.
Этот мужчина рассказывал, что прошел на ней почти всю войну. Машина эта была в одном из батальонов, что входил в состав Московского автомобильного отряда, который все месяцы блокады работал на знаменитой Ленинградской «Дороге жизни».
Весь технический состав парка, да и люди, обновились несколько раз, и только эта «полуторка», будто заговоренная, прошла все.
После прорыва блокады, весной 1943 года колонну, в составе которой он двигался из города в сторону станции Мга, штурмовали несколько «Юнкерсов». Изо всех машин на земле сделали решето, несколько водителей были убиты и ранены.
«И только он, со своим ЗИСом, остался цел. Один-два попадания. После войны шофер на своей машине был отправлен к нам. Проработал несколько лет, уехал к себе на родину. Его пригласили на открытие памятника», – заканчивал свое письмо немногословный Ткаченко.
Григорий дал прочитать письмо Радику. Тот недолго сидел над текстом.
– Ну, прямо, как у Никиты Михалкова, в «Предстоянии», помнишь? – выдал он.
– Что думаешь, врет старик? – озвучил Григорий свои опасения.
– Да, кто же знает, где Михалков этот сюжет взял. Не у такого ли шофера.
Время шло. История с этим взрывом напомнила о себе самым неожиданным образом. Как-то раз на телефон Сомова позвонили с неизвестного номера. Он ответил. На другом конце кто-то, быстро задышав, видимо волнуясь, наконец, спросил:
– Григорий? Григорий Сомов – это вы?
Получив положительный ответ, волнующийся голос продолжал:
– Вас беспокоит Сергей Судьин из Новоалександровска. Помните меня?
Поняв, кто звонит, Григорий, долго не раздумывая, ответил:
– Да, Сергей, я помню Вас. Конечно. Вы где? В Москве?
– Да, я приехал. Вы могли бы со мной встретиться? Можете? – волнение по-прежнему чувствовалось в голосе Судьина.
– Да, Сергей, могу. Вы можете подъехать ко мне в редакцию?
– Да, наверное.
– Слушайте адрес, – сказал Сомов и продиктовал. На другом конце Судьин, выслушав адрес, ответил:
– Да, да. Спасибо. Я подъеду через час, – закончил разговор Судьин.
Он прибыл через час с небольшим. Григорий встретился с неожиданным гостем в холле редакции, проводил к себе. С той памятной встречи Сергей Судьин заметно изменился. По-видимому, пребывание в больнице, лечение пошли ему на пользу. Он был по-сельски, но опрятно одет. Небольшая дорожная сумка была единственным предметом, с которым он, видимо, прибыл в Москву.
Предложив Сергею присесть, Сомов сам сел на стул напротив гостя. Судьин, присев, отчего-то продолжал молчать. В общем-то, с момента встречи в холе он толком не проронил и слова. Пауза затягивалась, Григорий решил начать.
– Как себя чувствуете, Сергей?
Видимо Судьин только и ждал предложения к разговору.
– Спасибо, хорошо. Вы приезжали к нам в город, через несколько дней после явления, приходили ко мне в больницу. Я вас не запомнил, но старший лейтенант Ткаченко рассказал мне, кто вы, чем занимаетесь и зачем приезжали. Он же и дал адрес, – начал, видимо, свой долгий рассказ гость.
Было видно, что Судьин, по прошествии уже нескольких недель с момента несчастья все еще имел огромное желание выговориться. Григорий решил дать ему такую возможность, стараясь не перебивать и не отвлекать собеседника.
Судьин рассказал, как с детства увлекался историей. В какой-то период его увлечение плавно перешло на события Великой Отечественной войны. Он много читал о развитии техники в военные годы, изобретениях и открытиях, сделанных в ходе войны отечественными и иностранными конструкторами. Судьин, изучая все это, надеялся именно в развитии техники найти ответ на причины наших успехов и победы в войне.
«Я закончил индустриально-педагогический институт, пошел работать в профтехучилище. Продолжал много читать, стараясь найти ответы на этот вопрос», – сказал он и на некоторое время задумался. Сомов предложил гостю кофе. Судьин согласился. Делая большие глотки горячего напитка, Сергей быстро выпил кофе и вернулся к своему рассказу.
