- Знайте. Во всём виноват я один. Я выкрал с коммерческой плантации траумен и рассадил отдельно. Я целенаправленно пристрастил к нему ряд девушек, повредил их психику, личность, нервные рецепторы. Некоторые не знали, что они употребляют - да та же Мерисцента хотя бы. Я старался создать непрерывный конвеер мигранток с Рианнона с траум-зависимостью. Чтоб статистика клиник дошла до центральных сетей как презентативная - и спровоцировала проверку.
- Непрерывный, значит, конвеер... Айка тоже на трауме?
- Нет. Следующей должна была быть Мерисцента. Но сейчас это уже неважно. Всё уже произошло.
- Так... С Мерисцентой меня познакомил Норман...
- Повторяю. Автор и исполнитель - я один. Если я и использовал кого-то ещё - то без их ведома. Втёмную. Пожалуйста, запомните это. Так будет лучше.
- Лучше-то оно лучше, но... Крайне трудно представить, как это вы тайком и втёмную подсаживали девиц на траумен.
- А, не столь уж сложно... Например. Новой жертве подбрасывается баночка с чаем. Чай нравится. Кончается... Отыскивается у подруги, которая, за мелкие услуги, отсыпает и снабжает - а перед отъездом, уступая мольбам, показывает, где его взять. "Держи в секрете - на всех не хватит!"... А именно чтоб едва хватало, забочусь я.
- Интересно... В том числе - вы в силах закрыть Мерисценте допуск на Нижний компенсатор?
- Нет, это сделал не я.
- А кто?
- Людвиг, конечно. Предсказуемый ход.
- С чего это он?
- С того, что засёк слишком тесный контакт Мерисценты с Инспектором - а Нижний относительно близок к плантации! Смешно, да? Людвиг не знал, что Мерисцента под гвоздиком. Вообще не знал, каково это - быть под гвоздиком, и для чего вообще траум. Не положено ему было такое знать... Новый Людвиг, возможно, знать всё будет. Будет играть поинтересней...
- Хм... Вы, похоже, не верите, что траума теперь не станет... Тогда зачем всё затевали?
- Отвечу туманно: ситуация исчерпала себя. Пусть Рианноном займутся другие. Он, кажется, давно хочет этого. Больше ничего не скажу.
- Славно. Замечательно. Максимум мистики. Изящный финал.
Незнакомец рассмеялся.
- Так, ладно... Я всё пытался разведать, нет ли ещё одного дна в причинах вашего визита. Траумен - отлично, однако он может быть лишь поводом. Тому, чтобы сменить порядки - и заняться Рианноном всерьёз.
- Всерьёз? А... что ещё с Рианноном?
- Вы, видимо, действительно не в курсе. Рассказываю. На Рианноне была жизнь. Простейшая. Доклеточная. В океанах. Ничего особенного - изучили, подобрали то, что её сожрёт, переварит, переправит в приятные нам формы... Случай не первый, не единичный. Знаете, сидеть миллионы лет, с умилением созерцая архейские бульоны...
- Да, понимаю.
- Но случаи подобного рода не афишируются. Нам не нужны сомнительные страницы в победной истории цивилизации. Случаи эти засекречиваются. Но - специалисты, конечно, знают, помнят. Да из скрипта терраформирования можно понять, что тут было и откуда шло...
- И что же? Вы не симпатизируете такому захватническому подходу?
- Не об этом речь... Считайте - симпатизирую. Я такой же хищник, как и вы. В общем, философский контекст опустим... Дело в другом. Есть мнение... Собственно, это одно из древнейших мнений в истории науки - что жизнь включает в себя не только материальный аспект. Но и тонкоматериальный. Нематериальный, если хотите... Этому мнению, однако, спокон веков не везло. Его регулярно предавали анафеме, игнорировали, забывали, вспоминали, переосмысливали, переисследовали, бросали - знаете, предметно исследовать тонкие материи ой как непросто... Тем не менее, точка зрения живёт и теплится, и многими рассматривается вполне всерьёз. Но вот на практике... Понимаете, витафага под Рианнон подобрали - а вот нематериальную компоненту здешней жизни вынужденно проигнорировали. Тем более, на столь ранних стадиях развития - её, должно быть, практически и нету. Ну, так удобней считать... Или её столь же успешно сожрёт витафаг...
- То есть. Вы утверждаете, что дух Рианнона - суть нематериальный э-э... след его жизни?
- Я не берусь ничего утверждать. Но сделаем осторожное допущение, что некий дух Рианнона присутствует. Сделаем?
- Да.
