Он хитро улыбнулся. Копыта стучат бодро, но, когда мы въехали в черную тень громады замка, даже барон притих и молчал, пока мы не остановили коней перед массивными воротами из цельного, как мне показалось, чугуна старинной ковки.
Я оглядывался в поисках стражей, барон покачал головой:
- Нас уже ждут.
Створки тяжело, но без малейшего скрипа отворились. Я быстро шагнул вперед, по ту сторону ни человека. И спрятаться негде. За спиной все тот же ровный голос барона:
- Сэр Ричард, ворота отворяются сами.
- Перед всеми? - спросил я.
- Нет, - ответил он серьезно. - Ворота знают.
- Или те, кто ими командует, - обронил я и прикусил язык, не стоит показывать, что знаю некоторые хитрости высоких технологий.
Барон смолчал, уже очень строгий и серьезный. За дверьми не слишком просторный зал с низким сводом, толстые колонны подпирают его так часто, что мы двигаемся как через лес. Снова врата, на этот раз бронзовые. Барон бросил на меня беглый взгляд, но смолчал.
Я спрятал усмешку. Каждая дверь что-то да символизирует, других новичков здесь выдерживают подолгу, стращают, произносят высокопарные речи, требуют клятв, потом ведут к следующей двери, там стращают на новом уровне и требуют совсем уж жуткие клятвы и обеты…
Следующая дверь в самом деле блестит серебром. Снова я перехватил брошенный в мою сторону несколько разочарованный взгляд барона.
- Сюда, маркиз… Прошу вас!
- Спасибо, - сказал я. - Дальше?
- Да, прямо и вот в ту дверь.
На той стороне зала уже не врата, а узкая дверь, что явно тоже что-то да символизирует, в тайных обществах символика на символике и символикой погоняет.
Я удержался от мальчишечьего желания открыть ее ногой, это слишком, другие к этой церемонии относятся серьезно, надо и мне держаться так, как от меня ожидают. Соответственно, я же теперь человек не только серьезный, но и ответственный.
Барон распахнул передо мной дверь, я перешагнул порог, по нервам пробежал трепет. Исполинский зал, как прорытая муравьями пещера, соединяется с другими такими же или почти такими же залами, я их скорее угадываю, чем вижу, по кругу расположены кресла… тридцать семь, многовато, но, видимо, тоже священное число. Или слагаемое из священных, при желании все можно подогнать под нужное.
Барон исчез, я смотрел, как со всех сторон из других залов появляются фигуры в темных плащах. Двигаются все медленно и печально, словно фигурки в старинных часах. Основная масса занимает места в тени, я даже не могу представить, сколько там собралось, все уходят в тень и уходят, та поглощает их, будто горячая вода кусочки сахара.
Наконец очень неспешно появились члены Верховного Совета, как я понял: в таких же темных плащах, как у всех, но с багровым подбоем. Они заняли места в расставленных по кругу креслах с прямыми высокими спинками.
В центре зала на полу начертана толстыми красными линиями пятиконечная звезда. По углам тускло горят массивные черные свечи. В центре пентаграммы чернеет грубо обработанная глыба камня, лишь поверхность любовно отполирована до блеска.
Я посматривал по сторонам, сдерживая усмешку. Совсем недавно и меня ввергала в священный трепет всякая экзотика: йоги, восточные единоборства, буддизм, таинственные ниндзя и подобная хрень, а потом я как-то разом повзрослел, что ли, но понял, что все это лишь маскарадные костюмы, а за всеми этими таинственными и загадочными телодвижениями, якобы исполненными некого глубокого смысла, на самом деле ни хрена нет. Настоящесть не прячется и туману не напускает.
Мальчишки, мелькнула мысль с чувством полнейшего превосходства. Таинственные откровения древних, секретные рыцарско-монашеские ордена… одни из них посвящены Христу, другие - Сатане, третьи - серым ангелам, которые не приняли в решающем бою ни одну из сторон, четвертые еще какой-нибудь хрени, мистически-загадочной, и чем загадочнее, тем круче…
Рядом со мной появилась серая тень, слегка пахнуло хорошим вином, я уж подумал было на барона Файнмента, но над ухом прозвучал знакомый голос, на этот раз предельно серьезный:
- Вы понимаете, сэр Ричард… Вы, конечно же, понимаете, что даже ваша армия демонов не поможет в тех свершениях, которые вам предстоят! Убить - это не значит победить, а вы пока только можете успешно убивать. Это важно для героя, но мало даже для простого феодала. Тем более для короля. А уж для императора…
Я мрачно буркнул:
- Сэр Самаэль, вы правы, нужна организация. Большая и разветвленная. Желательно, как вы говорите, могущественный масонский орден, в который входят даже короли и императоры. Я все понимаю, вы правы. По крайней мере, эту часть проблемы я понимаю.
- Вот и чудесно… Это очень много, сэр Ричард, понять такое.
- Я вообще понятливый, - пробормотал я. - Не понял только, вы что, в самом деле вино пили? Или это ритуал такой?
Он усмехнулся:
- Считайте, что ритуал.
- Что я должен сделать? - поинтересовался я. - Опуститься на одно колено и поцеловать знамя?… Одеть кольцо и спеть «Боже царя храни»? В смысле, «Самаэль, спаси королей, я иду»? Поклясться в верности идеалам демократии?
