- От тебя любовью пахнет. - коротко пояснил он. - Есть никому не нужный бывший детский садик.. Скинемся с тобой на равных паях и построим там пару ангаров. Под склад. Склады и свалки, что по сути одно и тоже, нужны всегда. Но! - как нам купить или арендовать не только это детское учреждение, но и весь участок, на котором оно расположено?!
- Сколько лет детский сад не функционирует? - Варвара с трудом переходила на новую тему.
- Не меньше семи. Разрушен на семьдесят четыре процента.
- Тогда нам не надо будет сохранять его статус. Можно приобретать просто как "строение"
- Включила мозги, слава богу! А как нам оторвать землю всего участка? Это почти полгектара.
- Каждое строение нуждается в "подъездных путях".
- Ты сможешь провернуть эту операцию?
- Операцию проверну, как риэлтор. Но компаньоном и совладельцем тебе предложу надежного мужика. Богатый сибиряк. А теперь укатывайся, я устала.
- Теперь это так называется? - глумливо усмехнулся Леонов и указал пальцем в потолок, спальню имел ввиду, мерзавец Он освежился рюмкой водки и ушел, заверив, что более надежного и верного друга, чем он, у Варвары нет и никогда не будет.
Правильно - до тех пор, пока не наступит час делить деньги.
Варвара торопливо поднялась по лестнице и её уже трясло от нетерпения. Она влетела в спальню и с разбега прыгнула на сонного Куросаву, он обхватил её руками, сделали несколько кульбитов и грохнулись на пол - то ли с детским визгом, то ли со звериным рычанием.
Уже глубокой ночью дождь прекратился - во всяком случае, когда Варвара открыла глаза, спальню заливал лунный свет и было тихо. Волна человеческого тепла сбоку, или "выпитая кровь" - умиротворяли и не хотелось ровным счетом ничего. Всё тело да и дух витали где-то выше крыши.
В этот час (хотя видимо и не ко времени) .будет уместно вот что вспомнить. Как утверждают древние великий Гай Юлий Цезарь умел читать, писать и вести беседу одновременно. В свою очередь академик Тарле писал, что не менее великий Буонопарт Наполеон на вопрос: "когда он работает?", ответил, что он работает всегда и везде - в кабинете, на дружеской пирушке, в опере и в постели.
Наверное именно по этим причинам, какая-то часть мозга Варвара, заряженная на свои проблемы, продолжала вести свою деятельность даже в часы такой любви! Когда она забылась обессиленным сном, смутные видения вспыли в сознание. Словно в легком бреду или опьянении поплыли перед внутренним взором смутные образы, знакомые и незнакомые лица, даже какие-то сюжеты из прошлого и таковые, каких и не случалось. Это продолжалось недолго, но Варвара очнулась, села на постели и сказала тихо.
- Ну да, конечно же...
Как бы тихо не прозвучал её шепот, но Куросава тут же спросил в подушку.
- Ты что?
- Ничего, спи... Конечно, только один человек мог связать эту пеструю компанию... Только один имел возможность общаться со всеми. Он должен иметь возможность обслуживать ВСЕХ...Тогда чем он занят...Транспортные услуги. Только это...У него в руках грузовые машины...И он держит под контролем всех, с кем связана моя несчастная контора... Значит это...
Мысль как пришла, так и ускользнула. И Варвара упала на подушку, вновь погрузилась в полузабытье, но никакие новые видения в голову уже не приходили, пока Куросава её не обнял прижал к себе и спросил.
- Ты о чем там бормотала только что? Ты не лунатик?
- Нет... Что-то вспомнила... Очень нужное....
- Ага. Менделеев во сне создал свою великую таблицу... А какой-то композитор сочинил целую симфонию...
- Куда уж мне до симфонии...
Быть может, она и вспомнила бы про своё открытие, но "вампир" принялся за своё зловещее занятие и "вампирица" (или - "вампириха"?) тут же от него в этом кошмарном деле не отстала и даже превзошла, так что утихомирились они ещё только через час. Когда снова вернулись мутные образы и тени событий...
В реальность на короткий миг вернул пропищавший сотовый телефон, но Варвара тут же его отключила.
- Кто там? - сонно спросил Куросава.
- Кто бы ни был. Спи... Если хочешь.
- Не хочу.
Она тихо засмеялась:
- Не напился, вампир?
- Я тебя за всю жизнь не выпью.
...Вот к какой фигуре придется вернуться в этот тихий, теплый и дождливый вечер июня. К талантливой, а ещё более уровня таланта - настырной певице Нине. В этот час она отмечала своё горькое поражение - сидела и отчаянно напивалась в ресторане "Охотник", что в паре километров езды через лес от Орехово-Зуево. Причина кручины, охватившей Нину была очень горькой мало того, что её освистали и закидали всякой дрянью во время последнего концерта, так ещё и гастроли по Волге сорвались. Хотя к тому еже заказали каюты на прекрасном белом теплоходе "Лев Толстой" - собирались в турне по великой русской реке от Москвы до Астрахани.
Всё грохнулось в одночасье. Но и это ещё не все беды. Самое худшее заключалось в том, что последние сутки Нину не покидала какая-то плохо осознанная тревога. Ей мерещилось, что за ней постоянно кто-то следит, кто-то поджидает за углом переулка и даже спрятался под её постель. А сейчас забрался в чучело медведя и присматривает за ней, Ниной, медвежьими глазами.
