- И зачем тебе это, а?- Кэйдар чуть сощурил глаза, склонил голову набок. Весь вид его теперь располагал к честности и доверию - прямая противоположность себе прежнему минуту назад.- Неужели жалко стало? Пожалел - варвара? Раба? Он сво-боднорождённого жизни лишить хотел...
Лидас ответил не сразу, задумался, оказалось, прошлое вспоминал:
- У вас не принято так, я знаю. А у нас, у иданов, на восьмой год со дня рождения делают подарок: хорошего воина из пленных врагов...
- Разве хороший воин может попасть в плен?- Кэйдар перебил, изумлённо вскиды-вая брови. В этом вопросе звучало лишь удивление - не насмешка, поэтому Лидас не замолчал, продолжил дальше:- У меня был Вимлат. Варвар из горных вилатов. Сейчас этого племени уже нет, всех их выбили вайдары. Но тогда... Он хорошим охотником был. Мы с ним вместе столько троп прошли...
- И твой отец не боялся отпускать тебя с рабом? А если б он?..
- Нет! Ты что?!- Лидас оживился. Вообще-то он всегда был сдержан в проявлении эмоций, но в эту минуту изменился до неузнаваемости.- Он же меня тогда, - пом-нишь, я про кабана рассказывал? - на руках через перевал тащил...
Нет, он, Вилат, преданным был... Почти, как друг... Ты не знал его просто... А по следу как шёл! А стрелял из лука!.. Он ведь и молодой совсем был тогда... Моложе меня сейчас...
- А почему был? Теперь-то он где?
Лидас поджал губы, глаза тёмные, ничего в них, кроме тоски, и свет фонаря в зрач-ках дробится на осколки. Опять серьёзный стал, сжатый, ни одной мысли на лице не прочитаешь.
- Казнили его за попытку к бегству... Отец приказал...
- Ну вот,- Кэйдар изумлённо выдохнул.- Я всегда говорил: рабы, как волки, как ни прикармливай, как ни заботься, а при случае всё равно сбежать попробует.
Лидас на эти слова никак не отозвался, смотрел куда-то левее, но не на маяк, смот-рел так, будто ничего перед собой не видел, таким напряжённо-серьёзным был его взгляд.
- Так ты думаешь этого тоже приручить?- Кэйдар повёл плечом, будто указать хотел на варвара.- Так это ж не волк, собака это беззубая... Ему уже охоту бунтовать отбили. По моему приказу...- Кэйдар рассмеялся.
- Нет, он уже ручной,- Лидас не воспринял его слова как шутку, говорил серьёзным тоном.- Я его кормил два раза - и он меня уже слушается. И кличку свою хорошо знает...
- Да? И как же ты его назвал?
- Виэл. Как обычно, по названию племени...
- А если сбежать попробует, тоже казнишь?
- А куда ему бежать? И зачем? Он же ничего не помнит. Даже разговаривать разу-чился...
- Да? Так такой раб и вправду, как собака. Ходить следом, выполнять приказы, есть, когда дадут, и, главное, не трепаться с другими без меры,- Кэйдар опять рас-смеялся.- Да, хорошую ты приобрёл себе игрушку...
* * *
Айна считала себя женщиной умной и здравомыслящей. В любовь, например, она не верила вовсе. Пять лет супружеской жизни давали ей на это право. Конечно, в шестнадцать, и даже в первую половину семнадцатого, - как раз до замужества - как и все молодые девушки, принцесса жила тайной надеждой, что ей-то в семейной жизни повезёт больше, чем другим женщинам Империи. Одно только право рожде-ния чего стоило. А красота, которой щедро одарила при рождении мать? А воспита-ние? Все эти козыри были на её стороне в борьбе за лучшую жизнь. А чтом она полу-чила в итоге? Варвара-мужа в ходе очередной деловой связи Отца-Воплощённого. Император легко поставил ставку в лице единственной законной дочери, чтоб только получить в качестве доминиона маленькую горную страну иданов.
Правитель варваров настолько обрадовался миру, что предложил в виде залога дружбы со своей стороны... младшего сына, лишённого права на власть по рожде-нию. Этот факт оскорбил Айну особенно сильно. От них откупились! Откупились какие-то варвары, которых наши воины попросту втоптали бы в землю. Откупились самой низкой ценой - младшим из царевичей! Но это ещё что! Теперь этот Лидас не мог сделать того, что в принципе могло бы компенсировать сложившееся унизитель-ное положение, он не мог сделать ей сына, Наследника трона, будущего Правителя Империи!
Пять лет - впустую! Терпеть его слепую любовь, доходящую до умопомрачения. И даром - просто даром! - терять лучшие годы своей молодой жизни.
Кэйдар, он не спешит жениться, и Отец не так уж и настаивает со свадьбой: может подвернуться выгодная для Империи партия. Ещё одна! И, тем не менее, это не мешает брату думать о власти, о праве наследования. Завёл себе кучу девок. Шесть, кажется. Одна ведь померла при родах в прошлом году. И дочка у него уже, года четыре ей, кажется. А сына и ему Создатель не даёт, как ни старается. Не ему, значит, у власти стоять. А кому тогда? Лидасу? Этому недотёпе, да ещё и варвару к тому же? Он сможет получить право правления в одном лишь случае: если у него появится Наследник, при этом раньше, чем у Кэйдара. Кто из них? Тут только Твор-цу решать. Только Он знает наперёд, что ждёт каждого. Даже сам Воплощённый - Его земная оболочка - не видит будущего, Он может только предугадывать события, пользуясь своей властью.
