- Нет,- Ирида головой покачала, пересела, укладывая Тирона но бочок, как нужно сразу после кормления.- Нет у меня никого, ни в городе, ни...- Не договорила, при-молкла, закусив губу.
- Ничего!- Мирна ласково потрепала Ириду по голове, убирая пальцами волосы, падающие на склонённое лицо.- Вместе проживём!- рассмеялась очень тихо, подхва-тывая корзину с грязной одеждой.- Он спать сейчас будет, а мы стирать пойдём, правда?
Ирида улыбнулась в ответ, вставая.
* * *
Этот сухорукий чёрт взъелся на него с самого начала. Не ясно, почему. Сам Айвар повода не давал. Ничем из остальных не выделялся. А тот поединок? Но ведь сам же выдернул, похвастаться хотел своим мастерством. Но и отомстил соответствующе. Чего тогда ему ещё надо? Нет же, придирается ко всему. Не так и не там стоишь, неправильно двигаешься, не так выносишь и держишь руку. И чуть что - бьёт своей палкой прямо по рукам, знает, где больнее всего.
Ладно бы, новичка обучал, тогда можно было бы понять. Но знает же, видел в поединке. Так нет!
Всё с самого начала. Упражнения на ловкость, обучение кистевому вращению при помощи простой палки. Бег вместе со всеми на развитие легких. Да что там! Объяс-няют вплоть до того, куда и как бить, чтоб повредить жизненно важные органы. Это же каждый ребёнок знает!
Ничего, скоро спарки начнутся. С кем ты тогда ставить будешь?
А остальные зато зауважали после того поединка. Смотрят с опаской, кое-кто даже заискивает. Держатся на расстоянии. Но друзей среди нас и быть не может ни в коем случае. Как сказал кто-то, объясняя тем, кто не знает, что такое ритуальный бой:
- Праздники у них в ноябре, неделя Ночных Бдений. Вот тогда выставят нас пара-ми, друг против друга. И рубись до смерти кто кого. Конечно, таких лавочек, как наша с десяток в округе, но гарантии нет, что по жеребьёвке со своим приятелем не выйдешь. И никуда не денешься: либо - ты, либо - тебя. Нам подыхать, а для них - жертва, наша кровь кормит тени предков, чтоб они снова могли для жизни возро-диться. Поэтому, чем больше крови, тем лучше для всех, кроме нас...
Айвар уже слышал о подобном. Виэлы совершали сходные жертвы: пленных вои-нов из соседних племён раз в году приносили в жертву богу войны. Но их просто закалывали кинжалом на склоне самого высокого кургана. Здесь же даже жертво-приношение превращено в зрелище. Убийство себе подобных, пусть даже и в по-единке, может быть интересно только тем, кто ни разу не воевал, не убивал сам.
И всё равно Айвар не жалел о том, что попал сюда, в эту школу подготовки. Это лучше смерти от руки Кэйдара. Тем более, школа расположена за стенами города, отсюда бежать легче. Вопрос только в том, камк бежать. Тут каждый за соседом при-сматривает. Хозяин всех предупредил, ещё в первый день: сбежит один, казнят ос-тавшихся. Поэтому или всем, или - никому.
Да и за день накрутишься так, что руки-ноги не двигаются, лишь бы до койки добраться. Плохо, пока жил во Дворце, меч, посчитай, несколько раз лишь в руки брал. Хорошо ещё, что совсем не разучился. Отцу да брату спасибо, если б не их выучка, загибался бы в каменоломне. Нет, подох бы ещё там, в селении виэлов. Хотя тогда лишь просто повезло. Что не был пьян, как все почти в ту ночь, что Кэйдар промахнулся, оглушил только. И выжил после бичевания, вовремя попался на глаза Лидасу.
Это всё Мать Благодетельница! Хранит своего жреца, предавшего Её, отступивше-го, все законы нарушившего, но до сих пор служителя. Она и направляет судьбу, с теми людьми сталкивает, которые, не осознавая того, влияют на узорную нить твоей жизни, не позволяют ей оборваться.
Значит, и сейчас будем биться! Назло этому Урсалу. Он не сломает, сил ему на это не хватит после всего, что уже было пережито.
Айвар верил, что вернётся домой. Пускай они там спустя год считают его погиб-шим. Отец, наверняка, уже всё знает. Мстить могучим аэлам он вряд ли решится. А вот мама будет ждать. Ей Богиня знак подаст.
Айвар часто думал о побеге. Все возможности прикидывал, исподволь изучал школу, её быт и устройство. Всё здесь продумано до мелочей, даже то предупрежде-ние хозяйское говорит о многом.
Сама по себе школа небольшая, таких, как он сам, здесь ещё тринадцать. Над-смотрщиков, из тех, кто следит за порядком, и того больше. Есть ещё и такие, как Урсал, те, кто владеет оружием, те, кто учит и охраняет одновременно. И все они живут тут же, за высокой стеной, отгораживающей школу от загородного поместья Магнасия. Когда-то хозяин вложил в это предприятие немалые деньги, потратился, организовывая здесь всё с нуля, а теперь, по словам других рабов, получает с каждо-го из них ощутимую прибыль. Хорошо обученный жертвенный воин накануне праздника уходит, бывает, и за две тысячи лиг.
Айвар помнил, за сколько оценили его при покупке, следовательно, Магнасий за каких-то два месяца десятикратно увеличивал свою плату за каждого. Да, кто-то торгует, кто-то воюет, кому-то и этим делом заниматься не грешно, раз оно приносит такую прибыль.
