Она потянулась под толстым одеялом, осмотрела уютную спальню, которую так пристально не разглядывала уже, пожалуй, несколько напряженных дней, пока ее группа работала с этим загадочным делом. Взгляд ее остановился на маленьком столике возле кровати. Лист бумаги с каким-то текстом лежал на видном месте рядом с шикарной розой. Она улыбнулась — это он, как всегда, поздравил ее в своем стиле и тихо, чтобы не мешать ей отдохнуть, удрал в свою редакцию. Она несколько минут, не вставая, пыталась прочесть текст, но кроме своего имени в начале, ничего разобрать не могла.
«Опять что-нибудь поэтическое, — подумала она, заметив несколько строк на белой бумаге, — он заботится обо мне — как это приятно!»
Пытаясь расслабиться, он закрыла глаза, но мысли крутились вокруг одного и того же:
«Зачем этот мужественный и жесткий человек прыгнул с балкона? Неужели это действительно суицид? Судя по его менталитету, это не его поступок».
Она открыла глаза — сон ушел; потянулась к розе, приложила ее к губам — тонкий аромат напомнил ей беззаботную жизнь в прошлом году у него на даче, когда они провели вместе целую неделю, отключившись от суеты большого города. Тогда он впервые сделал ей предложение, и она согласилась. Но официоз они отложили на осень. Потом это как-то затушевалось повседневностью — и вот уже более года они гражданские муж и жена, без регистрации. Он сначала активно настаивал на официальном браке со свадьбой, но, зная его неуемное желание посадить ее дома, она ласково уклонялась от этих предложений.
Она потянулась и подхватила листок бумаги. Его быстрый, неровный почерк донес до нее следующее:
«Любимая моя Юстинка! Поздравляю с днем рождения», — далее следовали строчки стихотворения:
Она прочла три четверостишья два раза и задумалась: что-то мистически неожиданное было в этом тексте. Все мысли показались ей не очень подходящими для дня рождения. Она встала и подошла к окну. На некоторых деревьях уже проступили желтые пятна. Скоро осенние буйные краски изменят весь этот тихий небольшой дворик и начнется золотая осень, уже тридцатая для нее. Она подошла к зеркалу.
— «В эти дни я в зеркало смотрюсь…» — прошептала она, пристально вглядываясь в еле заметные морщинки у краешков глаз. — Да-с, да-с. Что мы там видим? — уже громко спросила она себя и тут же ответила: — Видим симпатичную тетку. Ну и слава богу! Всё. Прочь грусть и прочее уныние. Сегодня целый день безделья. Будем радостно бездельничать.
«Вечером он устроит какой-нибудь ужин», — подумала она и, воодушевившись этой мыслью, минут пятнадцать слонялась по квартире, разглядывая обстановку и вспоминая, что и как они обустраивали здесь год тому назад.
За завтраком, через часик после бесцельного времяпрепровождения, она снова вспомнила генерала:
— Этот грубоватый, с высоким чувством ответственности за всё, что делается вокруг, волевой еще не дряхлый человек решился вывалиться с балкона пятого этажа? В деле эта версия сразу же была отвергнута. Все улики говорили о том, что его невестка явно помогла ему это сделать и, по ее признанию, подтолкнула его через перила.
Около двенадцати раздался звонок, и она услышала знакомый голос:
— Уже не спишь?
— Да, — ответила она.
— Сегодня вечером мы будем в… — и он назвал шикарный загородный ресторан, — ты должна быть при полном параде к семи часам.
— Да, — ответила она.
— Ты хочешь гостей? — спросил он.
— Нет, — ответила она.
— Целую, — услышала она в трубке, и он отключился.
— Мы с вами уже встречаемся второй раз, и вы продолжаете настаивать на своем, — он с явным раздражением разглядывал посетителя.
— Вы говорите, что это, — он указал на пухлую папку, — мы обязаны напечатать. Но, голубчик, вы сами-то разве не чувствуете, что это сплошное графоманство?
Посетитель никак не отреагировал на эту фразу. Весь его уверенный вид говорил только одно: «Я прав, и вы мне все должны».
— Дядя сказал, что он вам звонил и вы обещали со мной переговорить. Вот, я здесь, — посетитель явно не понимал или делал вид, что не понимает редактора.
А редактор крепко сжал кулаки и, собравшись, решил взять себя в руки и более ни в коем случае не проявлять негативных эмоций.
— Хорошо. Давайте вместе почитаем ваше произведение. У вас не будет возражений? — он задумал взять посетителя измором.
