В этот момент Зорге вспомнил, что у него имеется рекомендательное письмо к подполковнику Отту, и, видимо, он и является мужем его знакомой. Рихарду не составило большого труда так повести разговор, что Хельма сама предложила познакомить его со своим супругом, когда он приедет в Токио. Вскоре эта встреча состоялась. Хорошо известный в посольстве корреспондент произвел впечатление на абверовца, явно испытывавшего трудности в незнакомой для него стране. Поэтому «случайное» знакомство с таким человеком было для него большой удачей. Так начали развиваться отношения двух разведчиков, и каждый ожидал от них больших результатов для себя.
Настало время показать свою работу журналиста. Изучив местные англоязычные газеты, Зорге написал и направил в «Берлинер бёрзен-курир» большую статью. Она была напечатана 18 октября под заголовком «“Линия жизни” Японии», в которой отмечал, что за последние десятилетия островная империя превратилась в сильную державу. «Линией жизни» Японии является территория Маньчжоу-го, разделяющая коммунизм на севере и коммунистические районы в Центральном Китае, соединения которых она не должна допустить. В статье также была проанализирована внешняя и внешнеторговая политика Токио в отношении США, Великобритании, Голландии, Германии, Италии, Китая, МНР и СССР. Завершалась статья выводом о неизбежности усиления сотрудничества Японии с Германией и Италией.
Через месяц в той же газете вышла передовая статья «Национальный кризис Японии», написанная зарубежным корреспондентом Рихардом Зорге. В ней автор раскрыл особенности внутриполитической обстановки в стране, «которая пребывает в процессе значительной экономической и политической экспансии могущества». Были также подробно описаны кризис основных политических партий и усиление влияния милитаристов с одновременным сохранением в руководстве страны крайне националистически настроенных гражданских государственных деятелей.
Обе статьи обратили на себя внимание в Германии и журналистских кругах Японии. Автор показал себя как профессионал своего дела и хороший аналитик. Его имя, как и ранее в Китае, знали многие. Прочитали статьи и в Москве. Когда Берзину доложили о их появлении, он понял, что процесс легализации Рамзая проходит успешно. Ян Карлович дал указание резидентуре в Берлине взять под контроль возможную реакцию на статьи со стороны контрразведывательных служб. Вскоре в Центр пришел ответ о спокойной обстановке вокруг автора публикаций. В Германии продолжалась реорганизация полиции, а только недавно созданное гестапо находилось в стадии формирования. Имя автора статей в берлинской газете не вызвало у их сотрудников настороженности.
Начав работать в Японии, Рихард очень скоро понял, что его знаний о стране явно недостаточно. Чтобы утвердить положение высококлассного журналиста и укрепить свои позиции в германском посольстве, необходимо было приступить к детальному изучению Страны восходящего солнца.
После нескольких недель проживания в гостинице, где Рихарда утомляло назойливое поведение шпиков, многократно перетряхнувших и простучавших весь его номер, он решил поселиться в городе и через местную фирму подыскал себе подходящее жилье. В одном из центральных районов города в квартале Адзабу на улице Нагадзака он снял небольшой деревянный двухэтажный дом, построенный в японском стиле. На первом этаже находились большая гостиная, столовая, кухня, деревянная японская ванна и туалет, на втором — просторный кабинете большим рабочим столом и книжными шкафами. Там же был установлен городской телефон. Напротив кабинета находилась спальня, в которой кровать заменяла стопка японских тюфяков — футонов. В доме полиция его почти не беспокоила, хотя Рамзай знал, что его жизнь контролируют завербованные ею соседи, а также горничная, убиравшая дом и готовившая ему завтраки и обеды.
Дом окружал небольшой садик, в квартале было тихо, что создавало идеальные условия для работы. Рихард с большим интересом приступил к новой исследовательской деятельности — детальному изучению Японии. Он заказал переводы различных работ по истории страны, в том числе старинных рукописей. Для него готовились выдержки из ряда японских исторических журналов. Зорге посетил все книжные магазины и букинистические лавки в Токио, скупая все имевшиеся издания японских книг на английском и немецком языках, работы, написанные иностранцами о Стране восходящего солнца, лучшие переводы наиболее известных японских художественных произведений. Через несколько лет Рихард полностью заполнил все книжные шкафы и полки в своем кабинете, собрав около тысячи изданий, посвященных Японии.
