За это время она от умеренно социалистических перешла к коммунистическим убеждениям, написала множество статей и книгу «Дочь земли» и рассталась с Чаттопадьяя. В 1928 году ей, теперь свободной, газета «Франкфуртер цайтунг унд хандельсблатт» предложила поехать в Китай в качестве специального корреспондента. Агнес согласилась, прибавила к немецкому контракту договоры с несколькими итальянскими газетами и в мае 1929 года была уже на месте.
Естественно, такой известной личностью сразу заинтересовались как полиция, так и спецслужбы других стран, которыми Шанхай был буквально нашпигован. Китайская полиция вообще проявляла обязательный интерес ко всем иностранцам, а Агнес к тому же имела два паспорта — американский и немецкий, наличие которых не очень-то скрывала (впрочем, у нее имелся и третий паспорт на фамилию Петроикос). Кроме некоторого количества левых обществ в Европе, таких как «Друзья Советского Союза» или «Индийское революционное общество», Агнес установила отношения с «Всекитайской федерацией труда», «Китайской лигой защиты прав человека», которые тоже не трудилась скрывать. За ней установили слежку — слежка ничего не дала, ибо неистовая журналистка общалась с невероятным количеством людей — не проверять же всех! Впрочем, Агнес поступала с полицией и прочими разведчиками проще простого — не обращала на них ни малейшего внимания. Они, в свою очередь, за ней присматривали, однако жить не мешали.
Помимо профессионализма и энергии, Агнес сопутствовало еще и везение. Она сумела подружиться с вдовой Сунь Ятсена Сун Цин-лин. Эта женщина происходила из семьи китайского банкира, ее сестра была женой самого Чан Кай-ши, муж другой сестры занимал должность министра промышленности, торговли и сельского хозяйства, родной брат был министром финансов в Нанкине. Сам Чан Кай-ши не питал теплых чувств к своей родственнице, однако между сестрами отношения были хорошими. Используя связи Сун Цин-лин, Агнес имела самые точные данные о китайской экономике, госбюджете и многие другие достаточно секретные сведения, а также знала «тайны двора», сплетни и прочие крайне полезные вещи.
Особое внимание Агнес обращала на военных. В ее картотеке имелись сведения о 218 генералах — от сугубо официальных биографий до перечня жен и любовниц. Она интересовалась всем: политикой, военными делами, торговлей, ситуацией на фронтах — всем! Если бы Рихарду удалось подружиться с ней, это знакомство было бы просто бесценным. Уезжая из Германии, Зорге взял в редакции шанхайский адрес Смедли и вскоре нанес ей визит. Дальнейшее было делом техники.
Что касается характера Агнес Смедли, то Ральф де Толедано, автор книги «Шпионы, простофили и дипломаты», дал ей следующую, не лишенную яда характеристику:
