Вина, чувство, которое невозможно игнорировать, можно заглушить, но это ненадолго. Какой выход? Принять содеянное, осознать ошибку и двигаться дальше!? Не знаю! Принять содеянное, значит принять себя таким, какой ты есть. А каждый ли в состоянии принять себя таким, какой он есть? Мы надеваем маски, чтобы играть свои роли, боимся признаться, что на самом деле возможно и не чувствуем вины за свои поступки...
Рихма. Взросление.
Вина, чувство, которое невозможно игнорировать, можно заглушить, но это ненадолго. Какой выход? Принять содеянное, осознать ошибку и двигаться дальше!? Не знаю! Принять содеянное, значит принять себя таким, какой ты есть. А каждый ли в состоянии принять себя таким, какой он есть? Мы надеваем маски, чтобы играть свои роли, боимся признаться, что на самом деле возможно и не чувствуем вины за свои поступки...
***
Удар пришелся прямо по лицу, не сильный, но весьма неприятный. Глаза девочки стали стеклянными, будто она вот-вот расплачется, то ли от боли, то ли от обиды. Она поднесла руку к щеке и начала нежно поглаживать, словно сама себя жалела.
-Не ной! Защищайся! - раздался строгий голос - Встань в стойку, как я тебя учил! И больше не пропускай удары!
Молодой парень лет шестнадцати, высокий и худой, с рыжими волосами, весь покрытый веснушками с головы до ног, стоял в боевой стойке, в руках у него была деревянная палка, но держал он ее словно, это была настоящая боевая катана. Глаза горели задорным огнем. Парень вжился в роль учителя и никак не хотел из нее выходить.
-Рихма, ты меня не слышишь, что ли!? Я сказал, встань в стойку!
-Джен, я больше не могу, я устала!
-Так ты скажешь охотнику, у которого приказ тебя убить!? Простите, я больше не могу, я устала!
-Перестань, нет никаких охотников, которые за мной гоняются! Это все твои выдумки! У меня вообще создается впечатление, что все забыли о моем существовании.
Девочка развернулась и пошла в сторону разложенного на земле покрывала, чтобы отдохнуть. Парень вытащил деревянный кинжал из кармана и метнул его в Рихму. Самодельное оружие угодило прямо в затылок девочки.
-Ай! Идиот что ли!? Я сказала, хватит!
-Ну, обидными словами на нашем языке ты овладела в совершенстве. - прокомментировал парень и побрел вслед за подругой.
Плюхнувшись рядом с девочкой, удобно расположившись на мягком пледе, парень вытащил из сумки два фрукта, твёрдые и круглые, с поблескивающей на солнце кожурой, приятного, кисловато-сладкого вкуса.
-Хочешь?
-Нет, меня мутит от вашей еды.
-Ну как хочешь. Чего ты сегодня хмурая какая-то?
- Не знаю, просто прошло уже полтора года с того момента как моих сестер взяли в плен, я переживаю, что с ними! А вдруг им плохо или больно? А я ничем не могу помочь! Я скучаю, хочу их увидеть.
Девочка прикрыла лицо руками и начала хныкать.
-Ну, вот опять ноешь! Ну чего ты такая плакса!?
Парень придвинулся поближе к Рихме и приобнял ее.
-Слушай, моя маменька говорит, что ничего плохого с твоими сестрами не делают. Просто Глава Ликам хочет, чтобы они приняли его сторону.
-Глава Ликам!?
-Ну Верховный! Так он здесь себя называет. Он просто хочет, чтобы твой клан принял его как правителя, и открыл ему доступ в этот ваш сад. Не знаю зачем, правда. Но мне и неинтересно. Короче говоря, Верховный просто ведет с ними эти...как они? Переговоры, вот!
Девочка опустила ладони на колени и перестала хныкать.
-Да прям!? А откуда твоя маменька это знает?
-Ну к ней заходят иногда солдаты Верховного и рассказывают по секрету, что происходит на борту тюремного корабля.
-А зачем они к ней заходят?
-Ну, во время катастрофы на нашей планете, мой отец не успел подняться на борт корабля, потому что помогал другим на посадке. Мать осталась вдовой и порой ей бывает одиноко, как она говорит. Слушай, ты задаешь много вопросов. Пойдем лучше, продолжим тренировку.
-Твой отец был солдатом?
-Да! Лучшим из лучших! Он мне смастерил деревянный кинжал и положил в колыбель. С тех пор я с ним не расстаюсь. С шести лет, каждое утро мы вставали и тренировались с ним вдвоём. Он мне всегда говорил: "Сын, если враг сильнее тебя, постарайся оказаться у него за спиной, потом бац в шейную артерию, и все."
-Ты знаешь Джен, мне кажется, твой отец был...- девочка прищурилась, пристально посмотрела на друга и протараторила -...был хорошим чужаком!
-Дааа... И хватит называть нас чужаками! Давай тренироваться?
-А пошли лучше на водопады?
-Ладно, но завтра будем тренироваться в два раза больше!
-Хорошо.
Друзья шли по лесной тропе и весело болтали, как им преградила дорогу густо сплетенная лоза. Парень достал свою палку-катану и приготовился нанести удар. Рихма возникла перед ним, словно из воздуха.
-Стой!
Парень в последнюю секунду отвел удар и попал себе прямо по ноге.
-Ай, больно! Ты что творишь!? А если бы я попал по тебе со всего размаху? А как ты вообще так быстро здесь оказалась? Ты же шла за мной.
-Не знаю, само собой получилось. Не смей трогать лозу! Никогда! Понятно!
-Ладно. Ты чего так завелась?
-Ни чего! Просто не смей!
- Это всего лишь трава, - парень убрал палку за пояс - Значит, будем перелазить.
-Нет на нашей планете просто травы!!! Сколько можно повторять! Они все живые и разумные.
Джен закатал рукава и с недовольным видом полез вверх по лозе.
-Разумные должны говорить! А эти молчат, как воды в рот набрали.
-Они говорят, просто ты их не слышишь! - произнесла девочка, сидя на самом верху и свесив ноги.
