Рики Макарони и Гриффиндорская мафия полностью

У четы Макарони, проживающей в Лондоне на Брук стрит, 15, не было оснований пожаловаться на судьбу. Казалось, супруги имели абсолютно все: молодость, здоровье, деньги и любимое дело. Хотя, конечно, куда важнее – они боготворили друг друга, и главным их богатством был трехлетний сынишка Пит.

Диего Макарони, двадцатипятилетний жгучий красавец, с полным основанием именовал себя настоящим мачо. Его черные вьющиеся волосы и усики под мушкетера заставляли трепетать женские сердца. Импульсивность как нельзя лучше сочеталась в нем с добродушием и чувством юмора. Он был талантливым и преуспевающим художником; впрочем, именно его преуспевание послужило причиной разногласий с женой.

Люси Макарони, стопроцентная англичанка, обладала безупречными манерами. Пышная льняная блондинка, в свои 19 лет она уверенно шла к вершинам балетного искусства, и место прима–балерины маячило перед ней как вполне реальная перспектива. Ей относительно легко удалось восстановить форму после рождения сына.

До свадьбы у них не было ничего, кроме любви и желания работать. Знакомые считали их чокнутыми, они и сами признавали за собой склонность рисковать и любовь к всякого рода экспериментам и приключениям. Тогда между ними все было прекрасно. Прошло три года…

За мерцающими стеклами очков–полумесяцев глаза Альбуса Дамблдора казались странно застывшими.

— Это очень серьезное решение, — повторил он. Конец реплики заглушили взрывы петард, проникшие сюда из Косого переулка через две стены.

— Волдеморт сгинул, — яростно произнес семнадцатилетний паренек, отвернувшийся к окну. – От этого ребенка зависит слишком многое. Директор, можем ли мы доверить этим людям?..

Люси отчаянно прижала к груди мирно посапывающий сверток.

— А что вы собираетесь с ним сделать? – мистер Макарони сжал кулаки. – Вы понятия не имеете, как воспитывать детей!

Юноша круто развернулся, сверкнув глазами.

— Успокойся, Гарри, — мирно произнес Дамблдор. – Итак, вы знаете о его происхождении и готовы рискнуть. Это похвально, но…

— Директор, они не в состоянии представить, насколько велик риск! Если сторонники Волдеморта узнают об этом ребенке – они ведь будут искать его! – Гарри поглядел на чету Макарони, как на детей, своей же пользы не понимающих, и вновь обратился к своему наставнику. – Они подвергнут себя огромной опасности. Намного надежней будет спрятать его так…

-…как они предлагают, — невозмутимо закончил Дамблдор. – Да, они будут искать его, но! Где угодно, только не у магглов. Согласись, Гарри, это им не придет в голову.

— Вы что – собираетесь согласиться?! – в изумлении выдохнул Гарри Поттер.

— Кофе, — старик–хозяин без предупреждения вкатил тележку; в распахнутую дверь залетали звон бокалов и тосты – за Орден Феникса, Дамблдора, Гарри Поттера и компанию.

— Спасибо, Том, — поблагодарил Дамблдор. – Я собирался спросить, Диего: какие гарантии дадите нам вы, что сумеете его правильно воспитать?

— Мы обещаем, что с нами ему будет хорошо, — отрезал Макарони.

— Этого может оказаться достаточно, — задумчиво произнес Дамблдор.

…Когда час спустя они втроем покидали «Дырявый котел», все в зале очередной раз пили — за освобождение от Того, чье имя все еще боялись называть.

Рики Макарони безмятежно спал на руках своей новой матери, не подозревая, что с этого дня его будут всячески портить, реагируя на малейшие капризы, баловать и оберегать. Ему было невдомек, что он, младенец, стал причиной нарушения магических и маггловских законов, что предстоит бумажная волокита и модификация памяти нескольких людей, что он – важная персона в мире магии. Также Рики не догадывался, какое счастье приносит в семью Макарони – но зато это знали родители.

— Кажется, дождь собирается, — отметила Люси Макарони, выглядывая из-за гардины на веранду, где играли дети.

— Разъяснится, — проворчала миссис Дуглас. – Сегодня весь день так, то солнце, то тучи. Пирог почти готов, я скажу, когда звать к столу, — она развернулась и ушла, как всегда не соизволив уточнить, согласна ли хозяйка. Люси не обиделась, поскольку уже десять лет миссис Дуглас держала весь дом в абсолютном порядке и послушании.

Люси осталась наблюдать за детьми, поражаясь, как быстро летит время. Вот и наступил день рождения Рики. Одиннадцатый.

Да, малыш Рики был им необходим. Страшно вспомнить, как они ссорились каждый день. И ведь оба были правы. Появились деньги, и Диего настаивал на втором ребенке, но для Люси это означало расстаться с балетом навсегда. Она любила детей, но… А ведь та поездка могла не состояться. Стоило им увидеть Рики, вопрос был решен; он и теперь неотразим, как Люцифер – точно, обаятельный и коварный. С того дня, как он появился, в доме как будто поселилось солнце. А когда он первый раз улыбнулся! Люси помнила абсолютно все, каждый этап его пока еще такой недолгой жизни. Он всегда был замечательным ребенком. Просто особенным.