- Тебе-то что, Глеб? Ложись спать. Посидит до утра твоя девица в темнице, утром приедем вызволять. А за что забрали-то? – Голос друга стал бодрее, видимо, он все-таки проснулся.
- Серенаду пела… под окном….
- Хм, - Глеб слышал, как друг смеется в трубку, - ну, так пусть тот, кому пела, ее и выручает.
- Она мне пела.
- Приезжай ко мне, что-нибудь придумаем.
Глеб подумал, что служебный автомобиль он оставил под окном явно на удачу. Через несколько минут он уже был у подъезда общежития, в котором жил Вадим.
- Глеб, я поражен. – Вадим сел к нему в машину. – Ну и безбашенная у тебя девчонка. Чем же ты ее так ублажил? Я тебе завидую – мне никто серенад не пел… дифирамбы пели, а серенады – нет. Ну ее, эту Аллу, соседка явно не даст тебе скучать.
Глеб в ответ промолчал. То, что подобные шутки доставляют ему кучу хлопот, он не стал говорить. Видимо, Оксане нравилось откалывать такие номера. Она рвет цветы с клумбы в парке – он платит штраф. Она поет серенады под окном – он полночи должен ездить искать ее. Заскучаешь тут.
Оксану отвезли в отделение в другом районе. Вадим долго объяснял заспанному дежурному, что за девушку они ищут и что ее нужно немедленно освободить, так как задержали ее по ошибке.
- Слушай, начальник, будь другом, отпусти девчонку, ну, спела она, ясное дело - не Пугачева… Никто же не умер. Все молодыми были.
- Она была пьяна.
- Так молодая еще - не рассчитала. Студентка. Еще и закрыли ее, поди, в клоповнике с ночными бабочками.
Дежурный отвел Вадима с Глебом к Оксане.
- Глеб! – Девушка бросилась к решетке и сквозь прутья обняла парня. – Ты пришел за мной.
- А-а, - дежурный посмотрел на парня, - так это и есть тот самый Глеб, который обязательно придет, и нам всем тут мало не покажется?
- Да, – Оксана с вызовом посмотрела на мужчину, - это он. Это мой Глеб!
Глеб закатил глаза и мысленно вздохнул – Оксана собственноручно усложняла свое и без того непростое положение. Еще и его приплела зачем-то…. И что теперь делать?
- Отпустите ее. – Попросил Вадим пожилого мужчину рядом.
Тот еще несколько минут искал ключи и отпирал замок.
- На выход, скандалистка.
- Эй, я никуда не пойду без моего друга. – Оксана присела рядом с Русланом.
- Выходи немедленно. – Глеб начинал терять терпение.
- За что его задержали? – Спросил дежурного Вадим.
- Да черт его знает. Он с ней был…. Эй, Ромео, - обратился он к Руслану, - выходите оба.
Пока Глеб развозил Вадима и Руслана по домам, Оксана заснула на заднем сидении машины. Когда он на руках нес ее домой, девушка снова пыталась что-то ему спеть, но, встретив сердитый взгляд, умолкла и уткнулась в его плечо.
В спальне Глеб уложил девушку на кровать, его руки расстегнули пуговку ее джинсов и потянули их вниз. Оксана попыталась, выгнувшись, помочь ему, но неловкие движения только тормозили процесс. Стянув джинсы, парень снял с нее кофточку. Оставшись только в белье, девушка притянула к своей груди его руки.
Она была совершенно пьяна.
- Глеб, - она гладила его плечи и тянула его на себя, томно шепча, - возьми меня.
- Спи давай, никуда мы не едем.– Ответил тот фразой из анекдота, потом укрыл ее одеялом и лег рядом. Ему нравилось засыпать рядом с ней - привычка, грозящая перерасти в потребность.
Утром Оксана проснулась с раскалывающейся головой и муками совести за вчерашнее происшествие. Глеб, наверное, на работе. Вот угораздило-то вчера. А где Света, интересно? Вчера ее охмурял один давний поклонник, так что, можно предположить, что она до сих пор еще не вернулась.
- Ну что, пьяница, как дела? – Глеб вошел в комнату со стаканом воды в руках.
- Пло-охо…. А ты чего не на работе? – Девушка потянулась за водой.
- Зато вчера было хорошо, да? – Он присел на кровать.
- Угу. Что с работой-то?– Повторила девушка свой вопрос.
- Выдалась свободная минутка, вот и заскочил домой проверить, жива ли ты.
- Глеб, прости меня, не знаю, что вчера со мной случилось.
- Перепой у тебя вчера случился и еще этот… Руслан, мать его.
- Ты ревнуешь? – Оксана удивленно смотрела на него.
- Он мне не нравится, мутный какой-то.
- Он меня всего лишь проводил. А ты все же ревнуешь. – Девушка упала на подушку и закрыла глаза.
- А с чего бы это мне ревновать? Ты сегодня ночью та-а-акое вытворяла, немецкое кино отдыхает: “Давай, Глеб! Ты великолепен, Глеб! Еще Глеб!” - Попытался он изобразить охрипший от страсти голос.
- Не помню такого, извращенец, - пробормотала Оксана и натянула одеяло на голову.
