Утро выдалось солнечным и безветренным, к середине дня можно было рассчитывать на отличную теплую погоду. Накануне Римма поленилась переместить в гардеробную содержимое чемодана, и теперь ругала себя за это: вещи помялись и нуждались в основательной глажке. Еще за завтраком она попыталась выяснить у Светланы требуемый дресс-код. Та на мгновение задумалась, подняв глаза к потолку, и сказала:
– Ну… если у тебя нет темно-синего кителя с золочеными пуговицами, капитанской фуражки и трубки из верескового корня – боюсь, нас и близко к клубу не пустят.
Фыркнув, Римма кинула в нее шарик, скатанный из салфетки. Ловко увернувшись, Светлана засмеялась и продолжила:
– Да не парься ты из-за всякой фигни! Праздник семейный: бабули, собаки, коляски с младенцами. Думаешь, все они явятся, одетые в белое и голубое? Когда надо будет напрячься по части нарядов, я тебе сразу скажу. Впрочем, думаю, ты к тому времени и сама разберешься.
– Надо же! – удивленно покачала головой Римма. – Я думала, это будет что-то спортивное, а ты говоришь – полно пожилых и детей.
– Ну правильно, – пожала плечами Светлана. – Это же круизные яхты, не парусные. Хотя откуда тебе знать разницу… В общем, такие здоровые лодки, как корабли, видела, наверное, в кино? Внутри – салон, спальни, бар-бильярд. На них не столько выходят в море, сколько выпендриваются друг перед другом. Я знаю несколько таких, которые от клубного пирса отчаливают не чаще пары раз в год.
Собирались не торопясь: Светлана сказала, что раньше полудня можно не выезжать – еще не хватало явиться одними из первых. Да и ехать было недалеко, минут десять-пятнадцать. Разжившись утюгом, Римма все-таки не удержалась: погладила темно-синие капри и белую рубашку-сафари с латунными, специально состаренными кнопками. Та казалась великоватой, словно с мужского плеча, но именно за этим эффектом и покупалась: с небрежно подвернутыми до локтей рукавами рубашка смотрелась очень лихо и по-морскому. Довершал наряд легкий шарф из пашмины в мелкую черно-белую клетку, который можно было повязать как угодно, в зависимости от погоды и настроения. Пока что Римма соорудила из него пышный воротник, закрывающий шею и плечи.
Соответствующая одобрительная гримаска подруги полностью подтвердила правильность ее наряда.
«Приличная» машина у Светланы, как она говорила, тоже имелась: серебристая «Ауди» весьма солидного вида. По дороге Светлана принялась перечислять, что за люди будут на празднике: сплошь местные богачи, публика, в основном, женатая, там ловить нечего. Хотя… Не дав развить эту мысль, Римма перебила и напомнила, что вовсе не жаждет в первый же день знакомства со здешним обществом обзавестись кандидатом в мужья или даже просто поклонником. И вообще, ей бы очень хотелось отдохнуть от мужского внимания, причем чем дольше, тем лучше. Светлана в ответ только фыркнула: в этом деле не знаешь, какое из развешанных на стене ружей окажется заряженным, так что начеку лучше быть постоянно.
В клубе оказалось по-итальянски оживленно и шумно. Публика толпилась на пирсе, многочисленные гости громко восторгались новенькой, лаково-шоколадной яхтой и поздравляли с покупкой ее счастливого обладателя – пожилого, невысокого и краснощекого толстяка с блестящей на солнце лысиной. Рядом с ним топтался какой-то унылый тип лет сорока с бескомпромиссно оттопыренными ушами и длинной кадыкастой шеей, торчащей из выреза джемпера по принципу «эффект карандаша в стакане».
– Старший сын владельца, – немедленно шепнула Светлана. – Уже не женат…
Римма лишь зашипела в ответ и сделала страшные глаза: мол, я же просила! И вообще – так себе сокровище…
Налюбовавшись на яхту, гости переместились в ресторан, расположенный внутри клуба, где были сервированы легкие закуски и дневные напитки. В воздухе висел многоголосый гул, то и дело разбавляемый взрывами громкого смеха. Не теряя из виду Светлану, Римма огляделась по сторонам. Похоже, все здесь были друг с другом знакомы. Публика и вправду оказалась всех возрастов. Дородные пожилые синьоры заняли кресла вдоль панорамных окон и, обмахиваясь легкими бумажными веерами, то и дело отправляли внуков к фуршетным столам за очередным стаканом воды или лимонада, нарядно одетые дети с шумом и смехом бегали повсюду, и никто из взрослых, занятых угощением и разговором друг с другом, не обращал на них особенного внимания. Светлана уверенно лавировала между маленьких компаний и группок, время от времени останавливаясь, чтобы поздороваться, а заодно представить свою «закадычную подругу из Москвы». Римма послушно улыбалась и кивала множеству новых лиц. В какой-то момент все они – молодые, старые, женские и мужские – начали напоминать пеструю шевелящуюся массу, лишенную каких бы то ни было индивидуальных черт и примет. Привычное ощущение – после целого дня работы в кафе оно неизбежно накрывало ее под вечер.
Римма вздохнула: несмотря на отличный солнечный день, изысканный стол и нарядно разодетую публику, все происходящее вокруг пока что мало походило на обещанное веселье…
