Герои рассказов В.Владмели – обычные люди, которые спорят со своим начальством, ссорятся и мирятся, переживают горе и радость, победы и поражения. Автор очень образно, с тонким юмором описывает их жизнь, но отсмеявшись над забавными эпизодами, иногда хочется плакать. Эта трагикомедия человеческого существования сопровождает героев книги и на родине, и в эмиграции.
Приключения Школьника
(Советский Союз, Москва, 1970е годы)
Я ужасно себя чувствовал, и мне очень не хотелось выходить из дома, а поскольку еды у меня не было, я позвонил своему лучшему другу.
–Серёга, привет. Это Женя говорит. У меня ангина, я хотел бы её вылежать. Ты можешь мне продукты привезти?
–Конечно, привезу, жди.
Вскоре в моей квартире раздалась звучная соловьиная трель. Это была моя гордость: электронный дверной звонок собственной конструкции и я ожидал, что Сергей непременно спросит, где я его взял. Я думал, что ему на это ответить, но открыв дверь, увидел двух незнакомых мужчин.
–Вы Александр Иванович? – спросил один.
–Какой ещё Александр Иванович, – недовольно ответил я, пытаясь захлопнуть дверь, но незваный гость был уже в квартире.
–Еще кто-нибудь дома есть? – спросил он.
В городе в последнее время участились квартирные кражи и жителям советовали не открывать незнакомым людям, но я занимался боксом и был уверен, что в любой ситуации смогу за себя постоять. Отправив вошедшего в нокдаун, я уже готов был разделаться и с его напарником, но тот успел набросить мне лассо на руку и дернул на себя. Меня выбросило на лестничную площадку, а первый нападавший аклимавшись, стал тащить меня в квартиру. Я сопротивлялся, как мог, но воры действовали очень слаженно. Все мои попытки вырваться оказались безуспешными, и один из них стал давить на сонную артерию. Он лишь чуть-чуть промахнулся, но я притворился, что теряю сознание. Нападавшие поддались на уловку и немного расслабились. Я воспользовался этим и, вырвавшись, бросился на лестничную площадку, однако уйти от преследователей не успел. Они вновь навалились на меня и потащили обратно в квартиру. Я решил, что дома меня наверняка убьют, и уперся ногой во входную дверь. Грабители пытались меня связать, но схватив одного из них за пальцы, я стал их выламывать. Бандит взвыл, однако его сообщник добрался-таки до сонной артерии и моя хватка ослабла.
Понемногу начали собираться соседи. Близко они не подходили, но на сражение смотрели с интересом, а из боковой квартиры, приоткрыв дверь на всю длину цепочки и удобно устроившись на стуле, за дракой наблюдала баба Настя. Рядом, покачиваясь и икая, стоял её сын Саша.
–Помоги-и-и-ите, – кричал я, – мили-и-и-цию!..
Одежда моя была изорвана, лицо в крови, а глаза, и без того болезненно слезившиеся, сверкали сумасшедшим блеском.
Нападающие в кратких промежутках между бросками, захватами и попытками меня связать, сказали соседям, что они санитары из психоперевозки и приехали за пациентом, а у подъезда их ждет машина. Соседи послушно выглянули в окно – там, действительно, стояла «Скорая», потом они перевели взгляд на дерущихся и под пальто увидели белые халаты.
Я же машины видеть не мог, а халаты меня не убедили. Ведь наиболее изощрённые домушники ходили на дело с инструментами водопроводчика или в костюмах Снегурочки и Деда Мороза.
Соседи продолжали наблюдать за происходящим. До сих пор никто из них не видел, как фиксируют психа. Правда, до сих пор они и меня считали нормальным, но ведь чего в жизни не бывает. Тем более, выглядел я, действительно, странно: небритый, взлохмаченный, со слезящимися глазами. Возможно, по их мнению, такие глаза не могли быть у нормального человека.
– Милицию, – хрипел я, уже не в состоянии сдержать натиск санитаров. После длительной борьбы им удалось затолкнуть меня в квартиру и связать.
– Ну что, – спросил один из них, когда я уже беспомощно лежал на полу, – позвоним шефу?
–Нечего звонить, и так всё ясно, – ответил другой, – только паспорт надо взять.
Он обшарил комнату взглядом и, обращаясь ко мне, спросил:
–Где документы, дурила?
Я молчал, твёрдо решив продать свою жизнь как можно дороже. Когда один из нападавших подошёл к телефону, я оттолкнулся грудью от пола и, изловчившись, так укусил его за ногу, что сразу же уперся зубами в кость. Они стали бить меня, чем попало и куда попало, но я только сильнее сжимал челюсти.
***
Очнулся я на кровати, руки и ноги мои были развязаны. Я с трудом дотянулся до телефона, набрал 02 и сказал, что меня пытались ограбить.
–Фамилия?
–Брускин.
–Адрес?
–Железнодорожная 1, квартира 27.
–Сейчас приедем.
Голова у меня кружилась, меня тошнило, а правый бок болел так, как будто были переломаны рёбра. Я пошел в ванную и поставил голову под холодную воду. Стало немного легче. Я накинул полотенце на голову и собрался лечь, но в этот момент зазвонил телефон.
–Товарищ Брускин?
–Да.
–Дежурный Фролов, тридцать пятое отделение милиции. Выяснили мы ваше дело. Это не ограбление. Люди, которых вы не хотели пускать – санитары из психоперевозки. Они перепутали Железнодорожную улицу и Железнодорожный проезд. Так что всё в порядке, можете не беспокоиться.
–Конечно, всё в порядке, – сказал я, – только у меня сотрясение мозга, перелом двух ребер и синяки по всему телу, – я перевел дыхание: мне трудно было говорить, однако, я все-таки закончил, – но разве это повод для беспокойства?
Повесив трубку, я вызвал "Скорую".
–Что у вас? – спросили меня.
–Перелом двух ребер и сотрясение мозга.
