Разнести пару радиоуправляемых «этажерок» — сущие пустяки. «РП-29»[18], способный осуществлять поиск и сопровождение на проходе до десяти воздушных целей в любых метеоусловиях, в свободном пространстве или на фоне земли, с дальностью захвата порядка 70 км, был предназначен для серьезных противников, а не для престарелых распрыскивателей гербицидов.
Черепанов обозначил курс и позволил автоматике поиграть в пилотирование. Сам же достал небольшой черный предмет, запаянный в гибкий пластик, и нажал на кнопку.
Три дня назад он имел возможность убедиться, что живучесть японской техники ничуть не уступает живучести русских пилотов и намного превосходит живучесть южноамериканских «коммандос». Хозяин спутникового телефона Панчо уже несколько дней грелся в аду, а его «труба» превосходно функционировала. И отлично помнила последний набранный номер.
— Привет, китайский ублюдок! Узнаешь меня?
— Да, русский. Я тебя узнал. Зря ты смеешься, русский. Ты — мертвец. Ты от меня не спрячешься. Я найду тебя везде. И в твоей России. Я найду…
— Искать меня? — перебил Геннадий. — Не надо меня искать, дерьмо обезьянье! Я уже иду к тебе!
— Ты? — По тону чувствовалось: удивил Черепанов Ляна. Не на шутку удивил. — Идешь ко мне!
— Угу! Жди, ублюдок! Я скоро буду у тебя!
— Да ну? — не поверил глазастый. И зря. — Неужели? И когда тебя ждать, русский?
— Да прямо сейчас! — Черепанов сунул трубку в зажим, включил видеокамеры и взял управление на себя.
— Слишком низкий заход на посадку! — строгим женским голосом сообщила Черепанову речевая система оповещения.
— Отстань! — бросил Черепанов. — Я здесь уже садился. Хватит.
Серебристая птица вынырнула из-за гребня, опередив даже рев собственных турбин. Две маленькие сигарки соскользнули с консолей и нырнули вниз. Секундой позже к земле устремились контейнеры.
Серебристая птица задрала изогнутый клюв и свечой ушла в небо. Чуть раньше, чем яростное пламя до краев наполнило полукилометровую горную впадину с качественной имитацией ручья посередине.
— Впечатляет, — сказал боливийский полковник, после того как видеомагнитофон прокрутил последние кадры. — И какова вероятность, что после такой обработки кто-то останется в живых? — Он посмотрел на Иванова, а тот, в свою очередь, — на Черепанова.
— Вероятность такая существует, — кивнул Геннадий. — Если на данных площадях имеются серьезные оборонительные сооружения.
— А если нет?
Черепанов улыбнулся.
— Пепел — хорошее удобрение, — сказал он. — Но трава на этом месте еще долго не вырастет.
— Понимаю, — произнес полковник. — Пожалуй, я убедился, что ваш самолет подходит для наших целей. Мы его покупаем.
На следующее утро Геннадий опять был в небе. Но уже в качестве пассажира. В одном кармане его легкой куртки лежала новая кредитка с солидной суммой (оплата плюс премиальные), в другой — дешевая китайская игрушка с длинным облупившимся носом. Спроси сейчас Черепанова: какой из двух предметов для него важнее, он затруднился бы ответить.
Да, и еще одно. Вернувшись в Москву, Черепанов позвонил одному из своих старых приятелей-вольников, серьезно занимавшемуся восточными техниками, и напросился в гости.
— Хм-м, — пробормотал тот, когда Геннадий описал ему фокусы покойника Ляна. — Похоже на циньна…
— Это еще что за хрень?
— Одна из техник у-шу. Относительно свежая, и сотни лет не наберется. Циньна-гэдоу. Эффективная вещь. Захваты, броски, болевые. Точечная техника, техника разделения мышц, перекрытия вен и дыхания. Работа с оружием и без оружия. В Китае по этой технике спецназ готовят и эфэсбэ ихнее.
— Что серьезная, это я уже понял. Слушай, я бы этой штуке поучился.
— Да ну? — Приятель усмехнулся. — Я бы тоже. Только вот у кого? Мастеров такого уровня, какой ты описывал, в Москве точно нет. Да и в Союзе тоже. Тьфу! В ЭсЭнГэ. Я бы знал. Слушай, а твой этот… Не согласится?
Черепанов покачал головой:
— Он не сможет.
Это уж точно. Это только в сказках покойники консультируют живых по вопросам единоборства.
— Жалко. Слушай, а зачем тебе это надо? Ты же из спорта еще в восьмидесятом ушел. Или нет?
— Ушел, — согласился Черепанов. — Я не для спорта. Для себя.
— М-м-м… — Приятель подумал немного, потом предложил: — Слушай, есть у меня один мужик. Вполне конкретный. Хапкидо тренирует. Хапкидо, конечно, свои дефекты имеет… — Приятель почесал могучий загривок.
— Например?
— Специфическая вещь. Не так, конечно, как таэквондо, но все-таки…
— Да говори ты толком! — не выдержал Черепанов.
— Понимаешь, это же не современные техники. Там половина приемов на работу против всадника поставлена. Вот и прикинь: на кой хрен нам с тобой работа против всадника? Ментов конных на парадах из седел вышибать? — Приятель засмеялся. — А вообще-то какая тебе разница, если для себя? А мужик этот реально у желтых обучался. И помимо хапкидо еще всякого-разного в свой курс напихал. Короче, исключительно прикладная техника. — Приятель подмигнул. — Раз приложишь — и крездец. По-нашему, в общем. У тебя как с деньгами? Двести баксов в месяц найдется?
— Если дело того стоит…