— Мы не докажем этого, но ничего, все же обошлось, — сказал Алекс, и погладил Амелию по плечу.
— Да уж… — сказала она, — но это было нечто. Кстати, Малфой, когда я зашла, мне показалось, что здесь стоял человек в маске, и еще на полу лежала девушка, у которой было очень знакомое лицо. Что у тебя за боггарт такой?
— Не важно, — ответил я, нахмурившись.
— Нет, подожди, я вспомнила, она поразительно похожа на профессора Грейнджер… Это она и была? Ты боишься, что кто-то убьет профессора Грейнджер?
— Не лезь в это дело! — зарычал я.
— Драко, ты себя выдаешь, — сказал мне Алекс. — Я не видел твоего боггарта, но теперь почти не сомневаюсь в правоте Амелии. И прекрати ты уже так дергаться, здесь все свои, никто ничего не узнает от нас. Правда же, Амелия? — обратился он к Дэвидсон.
— Я не из болтливых, — просто ответила она.
— Ладно, — сказал я. — А вот у тебя боггарт принимает забавный облик, — я ухмыльнулся, глядя на нее.
— Не смешно, — вспыхнула Дэвидсон. — Просто она меня бесит.
— Хорошо, что Куппер не зашла, когда ты с боггартом общалась, а то у тебя бы приступ случился от картины с этими близнецами, — сказал я.
— Не смешно, — повторила Амелия, но слегка улыбнулась. — Алекс, а я и не знала, что ты боишься огня, — сказала она, повернув голову в его сторону.
— Долгая история, — ответил он. — Но, если коротко, как-то у нас в доме — в моей комнате — ночью случился пожар, а я спросонья растерялся и не мог никак найти волшебную палочку, потому что все было в дыму. В общем, все обошлось небольшими ожогами и подпаленными волосами, но с тех пор я очень боюсь огня. А до пожара — я уже как-то рассказывал, кажется, — мой боггарт принимал форму горящих любимых книг по чарам, — Алекс засмеялся.
— Ладно, если со всеми все в порядке, давайте продолжать работать, — предложил я.
— Амелия, тебе уже лучше? — спросил Алекс. — Давай, ты поможешь Драко здесь с книгами, их же надо пособирать, а я там и один справлюсь.
— Нет, я вернусь к тому, что делала, — запротестовала она.
— Не нужно, — мягко сказал Алекс. — У тебя же болит нога, стоять будет трудно. Да и плечо сильно тревожить не надо. Я справлюсь, — не дожидаясь очередного протеста с ее стороны, Алекс встал и ушел в кабинет.
— Ладно, раз уж такое дело… — вздохнула Дэвидсон, — буду помогать тебе, Малфой.
— Сиди и отдыхай, — сказал я. — Думаю, Куппер уже не придет второй раз, так что можно немного привлечь магию.
Я достал волшебную палочку и начал с помощью чар левитации перемещать упавшие книги на стол. Дэвидсон последовала моему примеру, видимо, не желая сидеть без дела.
— Малфой, — позвала она спустя минут десять.
— Что? — откликнулся я.
— А тот человек в маске — это ты сам или кто-то другой? — тихо спросила она.
— Не знаю, — честно ответил я. — Но я видел его во сне один раз.
— Ты боишься стать темным?
— Я боюсь стать другим, — прошептал я.
— Ты многое пережил, да? — снова задала она вопрос.
— Многое, — ответил я. — Война — это очень страшно. Она до сих пор мне снится.
— Из-за травмы? — она указала на мои ноги.
— Не только. Я наделал много глупостей, о которых жалею, — я вздохнул.
— Думаю, ты заслужил второй шанс, пусть даже и не все так считают, — сказала она.
— Спасибо, — зачем-то поблагодарил я ее. Наверное, потому, что мне хотелось это услышать.
— А профессор Грейнджер, она тебе нравится?
— Не знаю, — ответил я. — Наверное, негатива я точно к ней не испытываю. Она — хороший человек.
— Тебе до нее надо еще дорасти, — сказала Дэвидсон.
— Я и не пытаюсь, — пробурчал я.
— А зря, — сказала она мне и подмигнула.
— Давай закончим этот вечер откровений и вернемся к делу, — сказал я и задумался, какого Мерлина я сейчас выболтал столько личной информации какой-то девчонке? Наверное, это все под влиянием момента.
Мы справились с уборкой еще до десяти вечера и решили расходиться, не дожидаясь Куппер. Алекс запер дверь и оставил ключ себе, чтобы позже отнести его ей. Мы разошлись в разные стороны: я позвал эльфа, чтобы он отлевитировал меня в подземелья, а Алекс, придерживая под руку хромающую Дэвидсон, отправился с ней в гостиную Когтеврана.
Добравшись до спальни и упав наконец на кровать, я облегченно вздохнул и прикрыл глаза. Сумасшедший получился день. Еще и этот боггарт буквально выбил из колеи. В мыслях вновь возник образ бездыханной Грейнджер. Нужно было все-таки спросить сегодня при встрече, как она себя чувствует. Мне захотелось убедиться, что с ней все в порядке. Я открыл глаза, сел и призвал к себе перо с чернилами и пергамент.
Переписав записку три раза, я наконец остался доволен текстом.
