– Он и без того сумасшедший! И ты тоже, если воображаешь, что мы с Томми позволим тебе в это вляпаться. Ну уж нет, Лорен, не выйдет!
Лорен снова обратилась к Питу:
– Это может подтолкнуть его к краю? Каким образом мы сумеем рассердить его настолько, что он забудет об осторожности?
– После того как я прослушал запись, могу с уверенностью сказать, что у маньяка чрезмерно раздутое эго и ему важно убедить мир в своем блестящем уме. При малейшей критике в свой адрес он на стену полезет. Если вы начнете судачить о нем с соседями, назовете идиотом, импотентом и тому подобное, думаю, что он с цепи сорвется. Захочет поскорее добраться до вас, чтобы заткнуть рот. Раздразните его, и он готов.
– А что еще можно сделать?
– Вызвать в нем ревность. Если он вообразит, что у вас роман с другим мужчиной, то посчитает это предательством. Лорен кивнула:
– Вызвать ревность? Нет ничего легче. Вспомните, что он сказал. Будто Миллисент изменила ему, флиртовала с другим мужчиной, и поэтому пришлось ее наказать. Я готова кокетничать со всеми городскими холостяками.
– Думаю, куда эффективнее, если это будет всего один поклонник и все, включая маньяка, поверят, будто вы его любите, – мягко возразил Пит.
Лорен молча выжидала. Пит принялся задумчиво барабанить пальцами по столу.
– Он назвал Ника по имени. Подначивал Томми подключить к расследованию ФБР, очевидно, хочет посостяэаться с нами, – вымолвил наконец Пит, потирая подбородок. – Начнем играть по его правилам и посмотрим, к чему это нас приведет.
– Что вы имеете в виду?
– Пусть воображает, будто мы пляшем под его дудку, – продолжал Пит. – Интересно, что будет, если он поймет, что именно его исповедь свела вас с Ником? Его тщательно продуманный план провалится, и он в самом деле почувствует себя идиотом. Весьма интересная мысль.
Пит усердно закивал и добавил:
– Вы с Ником должны вести себя, как влюбленная пара. Тогда удар уж точно попадет в цель. Если, конечно, он действительно таков, за кого себя выдает.
– Ник, – пробормотала она.
– Он ни за что не попадется на удочку, – усмехнулся Ник. – Так, значит, благодаря ему между нами вспыхнет любовь с первого взгляда?! Говорю же, Пит, это не сработает!
– Нам все равно, поверит он или нет, – терпеливо пояснил Пит. – Наша цель – довести его и во всеуслышание высмеять его и его идиотские развлечения. Если вы с Лорен будете вести себя как любовники, он поверит, что над ним издеваются. И, гарантирую, это ему не слишком понравится.
– Нет, – упрямо покачал головой Ник, – это чересчур рискованно.
– Но пойми же, – настаивала Лорен.
– Нет, это ты пойми! Молчала бы лучше! Да имей ты хоть малейшее представление, на что способны эти психи…
– Зато ты знаешь и сумеешь меня уберечь, – не сдавалась Лорен.
Ник, упершись подбородком в сцепленные руки, подался вперед.
– Ты мелешь вздор, потому что не знаешь, против чего восстала. Такой вещи, как стопроцентно надежный план, просто не существует. Верно, Пит? Помнишь дело Хейнса? Почему не поведаешь ей о надежных планах?
Пит явно взвешивал, как много можно открыл? Лорен.
– Еще до начала моей работы в ФБР люди, подобные Хейнсу, считались психопатами, и он действительно был из таких. В наши дни Хейнса посчитали бы организованным убийцей, если такой термин существует. Он невероятно тщательно готовил свои преступления и отличался острым умом. Намечал жертву, обычно незнакомую женщину, выслеживал месяцами, пока не узнавал всех ее привычек. И уж никогда не подумал бы предупредить ее, как этот ублюдок. Наконец, когда все было готово, он заманивал ее в уединенное место, где никто бы не услышал криков. Как большинство подобных маньяков, Хейнс старался как можно дольше наблюдать мучения несчастной, это усиливало наслаждение, а после убийства всегда прятал труп. В этом огромная разница между организованным и неорганизованным убийцей. Последние чаще всего оставляют тело на виду, а рядом бросают оружие…
