– Да, потому что русские убили его брата. Смерть Дэвида потрясла его.
– Дэвида Метуотера сочли предателем, за это и убили, – напомнил Саймон. – Он играл на деньги, употреблял наркотики, крал средства из семейного бизнеса. Словом, жил такой жизнью, в которой хороший конец попросту невозможен.
– Он был близнецом Дэниела, – стояла на своем Энди. – Их было не отличить друг от друга. И не важно, какую жизнь он выбрал для себя. Дэниел сказал, что они всегда оставались двумя половинками одного целого. Смерть Дэвида оставила пустоту в его душе, которая никогда не заполнится.
– Отличная сказочка, – одобрительно хмыкнул офицер. – Но что-то мне подсказывает, что на этом дело не закончилось. Начнем хотя бы с того, что Метуотер преследовал Мишель Мансон, или Старфолл, узнав о том, что у нее хранится папка с газетными вырезками о нем и его брате. Она хотела вернуть драгоценность, принадлежавшую сестре, которую, по ее убеждению, убил Дэвид Метуотер. Однако Дэниел похитил сына Мишель, а затем попытался убить несчастную женщину и полицейского, охранявшего ее. А теперь он преследует тебя.
– Вчера ночью он сказал, что нам суждено быть вместе.
Саймон крепче стиснул руль.
– И ты в это веришь? – спросил он.
– Нет, – покачала головой Энди, закутавшись в шубу, хотя Саймон включил обогрев на полную мощность. – Дэниел не из тех, кто может целиком посвятить себя одному-единственному человеку. Я это знала с самого начала. Но это понятно: у пророка много сторонников и куда более возвышенные цели, чем у нас, простых смертных.
– И ты до сих пор так считаешь?
– Нет. Я думаю, что он один из тех людей, которые считают, что мир вертится вокруг них.
Саймон содрогнулся и поспешил сосредоточиться на дороге – они как раз выехали из города, увязая в пробках, и двинулись к горам на западе. Ледяной дождь сменился снегом, который начал покрывать потемневшую траву на обочинах белым покрывалом.
Саймон выехал на окружную дорогу. Из-за непогоды машины еле ползли по главной трассе.
– Я помню, как ехала по этой дороге с мамой, когда мне было двенадцать лет, – вдруг сказала Энди.
– И куда вы направлялись?
– У дяди была хижина в Саут-парке. – Она улыбнулась. – Настоящем Саут-парке, который дал название мультфильму «Южный парк».
– Хотели отдохнуть вдвоем?
– Не совсем, – отозвалась Энди. – В то время я этого не понимала, но сейчас, оглядываясь назад, думаю, что она поссорилась с отцом и хотела уехать от него на несколько дней, поэтому и забрала меня в ту хижину. Для меня там все было внове – плита на дровах для готовки и обогрева, ручной водяной насос, маленький бревенчатый домик… Мы ходили в лес, рыбачили, жарили зефир на костре. – Она улыбнулась. – Жизнь с Семьей напоминала мне о тех временах.
– Когда ты в последний раз там была? – поинтересовался Саймон.
Улыбка тут же угасла.
– Примерно за пол года до смерти мамы. Хижина по-прежнему принадлежит дяде, но он ездит туда лишь в разгар сезона охоты. Может, когда-нибудь я туда еще вернусь. – Она погладила свой живот. – Было бы здорово показать ее своему сыну или дочке.
Конечно. Ребенок. О нем тоже придется поволноваться. Врачи ведь сказали, что она может родить со дня на день…
– Как ты себя чувствуешь? – мягко спросил Саймон.
– Мне нужно в туалет, – призналась Энди.
Саймон заметил яркую вывеску заправки неподалеку и включил сигнал поворота. Повалил густой снег.
– Можешь не спешить, – сказал Саймон, когда Энди выбиралась из машины. – Я пока заправлю бак.
После заправки полицейский заехал на парковку, вышел из машины и направился в магазинчик. Купил себе кофе и остановился возле обогревателя, поджидая Энди.
– Дрянная погода, – заметил мужчина за прилавком. На вид ему было лет пятьдесят. Волосы, заплетенные в длинную седую косу, перевязанную многочисленными резинками, доходили до середины спины.
– Угу. – Саймон покосился на дверь туалета, будучи не в настроении поддерживать вежливую беседу.
– Говорят, дальше только хуже станет – а потом, может, пойдет на лад, – прибавил продавец.
Саймон подавил вздох. Теперь если не ответит, только привлечет к себе лишнее внимание.
– Так говорят по любому поводу, верно? – отозвался он.
Мужчина рассмеялся.
– Тут вы правы. Куда едете?
– В Брекенридж, – ответил Саймон. Популярный лыжный курорт находился в противоположном направлении от города Монтроуз, в который он вез Энди.
– Там-то раннему снегу будут только рады, – махнул рукой продавец. – Кататься пока рано, конечно, но все впереди.
Наконец Энди вышла из дамской комнаты и направилась к Саймону. Он вновь поймал себя на том, что не может отвести от нее взгляд.
– Хочешь чего-нибудь? – спросил он.
Энди оглядела прилавок, взяла злаковый батончик, вручила его Саймону и прибавила пакет орешков.
– Мне часто хочется есть, – оправдывалась она. – Я ведь питаюсь за двоих.
– Еще бы, – сказал Саймон и добавил вторую пачку орешков. – Я тоже вечно голоден, а ем только за одного.
Он оплатил покупки, и продавец положил сдачу на подставку.
– Приятно вам провести время в Брекке! – пожелал он.
– В Брекке? – переспросила Энди в машине. – Что он хотел этим сказать?
