– Рядом есть Эйре. Терн может вернуться на родину, только и всего. Так... С участью фейри все ясно?
Ответом была тишина.
– Тогда переходим к следующей части. Вампирам отказано в праве на существование. Официально мне не сообщили об этом – я же вампир... Но друзья предупредили меня – сегодня ночью начнется зачистка Хайгейта. Всем вампирам настоятельно рекомендую покинуть Альбион. Сегодня же.
Граф привычно промолчал – Атосом его прозвали не зря.
Алекс посмотрел на Грега:
– А оборотни? Что ждет их?
Райли не стал раскрывать участь оборотней, он лишь сказал:
– А оборотни могут уйти с тобой под Холмы.
– У меня нет Холма, сэр, – напомнил Охотник.
– Тогда... – Райли постарел лет на десять, если сразу не на сотню. – Надеюсь, Терн захватит вас с собой – у него-то Холм остался. Я лично попрошу его об этом.
– Яяяясно... То есть Грег тут двадцать лет горбатился на ниве закона, а его... что…? В серебряный ошейник закуют? Или...
– Ликвидируют, – оборвал полет мысли Алекса Райли.
Мэри еще сильнее прижала к себе Эшли – участь оборотней ей не понравилась:
– А ведьмы? Что их ждет?
Суперинтендант напомнил:
– У тебя же есть семья в Новом Свете? Вот и езжай, проведай их. Эшли заодно проветришь. Лис, не косись так – вернешься домой в страну Кленовых листьев, только и всего. Они пока о денонсации договора не заявляли. Еще вопросы? Если вопросов нет – тогда... Спасибо за службу, господа и дамы. Мне было приятно работать с вами. Собирайте свои вещи и покидайте Альбион ближайшими рейсами – я полагаю, что в аэропортах, портах и туннелях под Альбионским каналом скоро начнутся проверки покидающих.
Алекс фыркнул:
– Простите, а кто будет сохранять покой в Альбионе вместо нас?
– Вместо нас учреждено Национальное антимагическое агентство под кураторством Парламентского комитета по разведке и безопасности. Руководит агентством некто Уилл Эванс.
– Хххххолмы и чертополох... Вот тварь!
Грег нахмурился:
– И как это он смог провернуть?
Райли скривился, но все же ответил:
– Он собрал все наши грешки за этот век. От Дикой охоты до, думаю, твоей сегодняшней пробежки, которую видел почти весь центр Лондона. Мне все наши ошибки перечислять? Убийства детей в пансионе “Рябина” в Эшберри. Костолом в Лондоне. Сеятель бед в Альбе... И Уильямсы, конечно же... Уильямсы, которых мы проморгали... Сколько лет нас грозились сократить или закрыть? Вот и... Дождались – создано новое подразделение в составе разведки. Будем надеяться, что военным повезет больше на ниве правопорядка, чем нам.
Райли устало встал и напомнил:
– Господа и дамы, у вас слишком мало времени для спасения своих жизней.
Майкл спокойно переложил глок из-за пояса джинсов в опустевшую наплечную кобуру:
– Это не служебный, сэр. Куплен на собственные деньги. И я никуда не уйду из Альбиона – это моя родина, хоть Альбион и не был ласков с Корнуоллом, захватывая его. Я к особняку Уильямсов. Кажется, пришло время честно поговорить с миссис Уильямс – лично я считаю, что их семейство перешло красную линию. Мою личную, сэр, – он посмотрел на Райли.
Тот лишь напомнил:
– Ты знаешь, где меня найти. – Он кинул в общую кучу удостоверений и свои документы. Уже в спину покидающим кабинет он сказал, – не забудьте расписаться в приказе об увольнении у Ривза! И...
Его взгляд остановился на медленно встающей со стула Стефани:
– Фейт, у вас есть план действий?
Она улыбнулась:
– За меня не стоит беспокоиться – я стопроцентный человек. У меня есть несколько предложений от клиник – без работы я не останусь.
– Будьте осторожны, Фейт. Такие дела, как с этим Агентством, настолько быстро не проворачиваются.
Грег, так же не спешивший покинуть кабинет, нахмурился:
– Думаете, без магии здесь не обошлось?
Райли нахмурился:
– Нельзя сбрасывать со счета принадлежность Эванса, пусть и косвенно, к семейству Уильямс. А то, что умеет проворачивать мисс Тереза Уильямс, мы в курсе.
Алекс, закрывший дверь кабинета, когда его покинул Штиль, напомнил:
– У Хелли Эванс дара нет. – он старательно подпер дверь своей спиной, чтобы никто лишний не ввалил. – Отношения с семьей она не поддерживала, хотя Терри упоминала, что Питер Уильямс после рождения внука...
– Стой-стой-стой! – вмешалась Мэри, так же оставшаяся в кабинете. – У Хелли сын? То есть мальчик?
Алекс кивнул и тут же приземлил её:
– Мэри, ему всего четыре года. Вряд ли он злой гений этой аферы.
Ведьма вздохнула:
– Солнце моё, ты хоть знаешь, с какого возраста человеческим детям дают карандаши и учат рисовать?
Алекс обиделся:
– Да хоть с шести месяцев – Алистер, сын Хелли, не в силах нарисовать все происходящее.
Майкл дипломатично заметил:
– Меня учили рисовать лет с шести. Я держал кисть, а мама водила моей рукой, помогая выводить ровные линии.
– Вот именно! – всплеснула руками Мэри. – Меня учили так же. Я держала карандаш, а мама помогала рисовать... А еще я прибегала к ней: “Мама, что мне нарисовать?!”. И она придумывала...
– Ххххххолмы и чертополох... – Алекс прищурился, – неужели... Вот твари же!
Райли согласно кивнул:
– Жизнеспособная теория. Только, Охотник, пока нет доказательств...
Тот хмыкнул:
