Оббегаю вдоль стенки расположенную на полу зала фигуру аннигилятора, и начинаю стрелять в сунувшихся первыми передовиков архского производства. После появления в помещении десятой особи, разгоняюсь и запрыгиваю внутрь периметра уничтожителя. А в голове только две мысли: успел и размен один к десяти не самый плохой, хоть и ценю я себя выше. А потом так захотелось домой, что просто сил нет. Увидел синее свечение на поверхности своего скафандра, заметил факела из архов, порадовался тому, что все было не зря и отключился.
Силуэт человека, ступившего на площадку, стал призрачным, пока не исчез полностью, а продолжавшие набиваться в портальную залу архи вспыхивали и мгновенно выгорали, поскольку срабатывал механизм защиты оборудования от проникновения чуждых форм жизни. Человек был определен искином как представитель технического персонала нижнего уровня, подтверждением чему был освоенный им на минимальном уровне технический сканер. Он четко сформулировал мысль, где хочет оказаться, и эта планета находилась в регистре искина базы архонтов, однако по данной планете стояли ограничения на провоз на нее отделимого технологического оборудования. На человеке такого запрещенного оборудования было хватало — примитивные нейроустройства, допотопный скаф, такое же допотопное оружие, даже одежда. В обычное время человек не прошел бы допуска на перемещение на закрытую планету, однако ситуация была внештатная — нападение на базу и угроза жизни персонала. Поэтому в точке сборки человеку был оставлен лишь устаревший технический сканер архонтов, он был интегрирован в организм на клеточном уровне, изъятию не подлежал и являлся маркером его статуса. Остальное было удалено, поскольку подпадало под запрет на допуск на планету. Там его должны принять и переместить далее, в места, которые открыты ему по допуску. Небольшой сбой в программе доставки из-за временного искажения не должен был повлиять критично на организм доставленного.
На поверхности планетоида тоже было горячо, ибо дроид-взломщик, получив последнюю команду, пошел по короткому пути — успел отключить искин фрегата, подключиться напрямую к реактору корабля и запустить программу приведение показателей его работы в разнос. Взрыв фрегата выжег все в немалом радиусе. Человек в принципе сделал в ситуации все что смог, остальное теперь должны были доделать силы того молодого государственного образования, которое возникло на останках могущественной цивилизации.
Конец первой книги.
Глава 1
Интерлюдия.
Пункт приема на Терре работал в аварийном режиме, сказались испытания ядерного оружия зародыша местной цивилизации в непосредственной близости, что вызвало сдвиг пород, частичное разрушение и блокировку портального зала. Функции приема и отправки работали без проблем, а вот сборка не осуществлялась.
Получив в аварийно-эвакуационном режиме матрицу техника низшего звена, с минимумом допустимого инвентаря, искин пункта приема был вынужден перебросить его в единственную оставшуюся в допуске локацию, где имелся аналогичный пункт приема. Там тоже действовали технологические ограничения, но не настолько жесткие, как на Терре, поэтому в матрицу перебрасываемого по эвакуации техника была встроена стандартная техническая нейросеть и загружена минимальная база для работы с оборудованием Архонтов.
В пункте приема на Джелае перед сборкой эвакуированному добавили базу знаний местных языков в том объеме, которые имелись десяток веков назад.
Сборка прошла по стандартному техпроцессу, без каких-либо отклонений от оригинальной закладки, с учетом попутных удержаний и добавлений.
Откровенно говоря, я думал, что все, отбегался. Хорошо помню, как распадался на атомы. Во всяком случае, когда я обрел ясность сознания, сильно этому удивился, ну и порадовался, чего уж там скрывать. Антураж вокруг меня явно и сильно поменялся. Я оказался лежащим в стандартном комбезе в неудобной позе, вокруг больше не было стен зала с аннигилятором, в который я сам себя загнал, не было защищавшего мою бренную тушку скафа, не было аптечки и бластера, и нейросеть на запросы не давала отклика. Вместо этого были пещера явно рукотворного вида с полусферой выхода, рядом аккуратно сложенными в кучку лежали абордажный меч, десантный нож и пара сухпайков, которые я до этого на всякий случай всегда носил в кармане скафа. Подсветка присутствовала, но откуда она бралась понять было невозможно, просто ровный мягкий фон вечерних сумерек.
