— Я не даю ей рта раскрыть? — возмутилась беленькая. — Ты сама беспрестанно трещишь, с тех пор как барышня переступила порог. А золото — не такая уж пустяковая вещь. Помнится, папа говорил, что оно служит базой для счастливой и здоровой жизни.
— Папа такое говорил? Да ты все перепутала! Он утверждал, что золото является причиной всех бед. Оно превращает святых в грешников, а грешников — в приспешников дьявола.
— Не могу с этим согласиться, — заявила Луиза, — даже если папа когда-нибудь и говорил такое. У меня свое мнение, и я имею на него право. Все-таки это свободная страна.
— Свободная страна! — повторил резкий скрипучий голос.
— Тшш! — прикрикнула Луиза на птицу.
Наступила пауза, и Дэнни подумала, не пришла ли ее очередь высказаться. Она знала сестер только по церкви, но их доброта была широко известна в городе. И сейчас Дэнни очень надеялась, что они предоставят ей шанс попросить их об одолжении еще до наступления утра.
— Ты славная девочка, — похвалила Луиза так и не произнесшую почти ни слова Дэниэллу. — И очень спокойная. Взгляни, какая она спокойная, Мэйбл.
— Не бойся высказывать свои мысли, дитя мое, — нежно улыбнулась ей Мэйбл.
Дэнни воспользовалась паузой и вступила в разговор:
— Я хотела попросить вас об одном одолжении. Не могли бы вы какое-то время кормить мою семью в тюрьме? Носить им горячую еду из дома очень далеко.
Женщины нахмурились, и Дэниэлла уже пожалела о сказанном, боясь, что затронула их социальный статус.
Первой заговорила беленькая, Мэйбл:
— Сестра, я правильно ее поняла?
— Кажется, она хочет, чтобы мы готовили обеды в тюрьме, — неуверенным тоном произнесла черненькая.
— Но я не помню, есть ли там плита, — пожала плечами блондинка. — Почему она не хочет, чтобы ее родные ели дома?
— Я очень хочу, чтобы они ели дома! — удивляясь их непониманию, воскликнула Дэнни. — Но это пока невозможно. — И вспомнила тот случай, о котором многие говорили с восхищением до сих пор. — Когда Смита Андерсена посадили в тюрьму на два дня… Помните, после того как он напился в салуне и устроил стрельбу? Вы тогда готовили ему еду и носили в камеру.
Сестры обменялись смущенными взглядами.
— Дэниэлла, — осторожно произнесла Луиза, боясь обидеть девочку, — а почему твой папа и братья предпочитают питаться в тюрьме, а не дома?
Дэнни удивленно моргнула. Как, разве они не слышали, что вся ее семья в полном составе за решеткой? Ей казалось, что известие об этом событии уже дошло даже до Денвера. Да и сама она только что об этом сказала. Но если они не поняли, придется объяснить еще раз.
— Новый шериф посадил в тюрьму Дугласа и Донована, а совсем недавно упрятал туда и отца.
Сестры раскрыли рты от удивления.
— Вот тебе и распрекрасный мальчик Килли! — пробормотала Мэйбл.
— Этот распрекрасный мальчик Килли оставил меня одну в пустом доме, — обиженно произнесла Дэнни.
— О моя дорогая! — Луиза встала и прижала ее голову к своим шуршащим юбкам. — Это действительно ужасно!
— Просто ужасно! — подхватила Мэйбл. — Это напоминает мне тот случай, когда Уилбой Барнс катался по улице на сбежавшей свинье. Вспоминаешь, сестра?
Луиза кивнула.
— Уилбой хотел линчевать ее, — продолжала Мэйбл, — а наш отец пожелал выкупить бедное животное и не позволял Уилбою притрагиваться к нему.
— Отец тогда заплатил пять долларов.
Дэнни не могла понять, какое отношение имеет эта свинья к ее рассказу, и переводила взгляд с одной сестры на другую.
— Ваш отец заплатил пять долларов за то, что защитил свинью? — наконец деликатно поинтересовалась она, решив, что Мистера Меривэзера, видимо, тоже арестовали в ходе истории со свиньей.
— Ну что ты, девочка! — рассмеялась Мэйбл, а Луиза отошла от Дэнни и уселась на прежнее место. — Отец заплатил пять долларов штрафа за то, что запустил в Уилбоя бочонком из-под пива… О, конечно, мы будем готовить обеды для твоей семьи. Все мы настрадались из-за самоуправства полицейских. Правда, нам с Луизой казалось, что эти двое совсем другие.
— Несомненно, эти двое выглядят совсем другими… Но все равно мы не можем оставить девочку в пустом и темном доме, ведь так, сестра?
— Думаю, ей лучше пожить пока у нас, поближе к тюрьме, а значит, и к своим родным, — решительно заявила Мэйбл.
— Да-да, ты останешься с нами, — захлопала в ладоши Луиза. — Это замечательно — иметь в доме спокойную, молчаливую, послушную девочку!
Дэнни крайне удивилась произведенному ею впечатлению, но разубеждать милых сестер не стала.
Луиза и Мэйбл уже вскочили и понеслись куда-то, когда Дэнни собралась с духом и ответила на их приглашение:
— Спасибо, но я не могу остаться у вас.
Уже с порога Луиза обернулась и сказала:
— Никаких возражений! Мы пригласили тебя, дорогая, и считай это за честь. Далеко не всякой юной барышне мы позволяем остаться у себя на несколько дней.
Дэнни с сомнением смотрела вслед удаляющимся женщинам. Конечно, отсюда легче навещать отца и братьев, но жить в чужом доме она не привыкла, не знает даже, каким образом здесь можно принять ванну.
Поспешив за сестрами, она догнала их на лестнице. Они на ходу обсуждали, какого цвета белье ей постелить.
