– Я буду жаловаться! – кричал он с пунцово-красным лицом и почти врезался в Пейтон, которая в испуге отшатнулась. – Что за?.. – Взгляд брата остановился на мне. Яростно фыркнув, он схватил меня за руку и попытался оттащить от автобуса. – Пойдем, Саммер. Нужно пожаловаться Кельвину. Он же не думает, в самом деле, что я буду спать в автобусе с этим сумасшедшим.
– Да, беги, Прайс-Икс, беги… может быть, по дороге ты снова найдешь свое достоинство, – донеслось из автобуса.
Мой брат резко остановился, снова фыркнул и обернулся. Я сделала то же самое и увидела прислонившегося к дверному косяку Габриэля.
– Что здесь происходит? – спросила Пейтон, прежде чем это успела сделать я.
Пренебрежительное выражение исчезло с лица Габриэля, вместо этого на его губах появилась дьявольская улыбка. От его взгляда у меня по коже побежали мурашки.
– Ну, похоже, с сегодняшнего дня мы соседи по автобусу, – произнес он, растягивая слова.
Ксандер и я одновременно выругались.
– Не смотри ему в глаза, Саммер, а то еще забеременеешь, – прошипел мой брат, совершенно серьезно прикрывая мои глаза.
– Ксандер! – возмутилась я, а Пейтон лишь весело рассмеялась.
Сам Габриэль только насмешливо приподнял бровь.
– Обычно для чего-то вроде этого я использую больше, чем просто глаза, Прайс-Икс. И, поверь мне, это она заметит.
– Габриэль, ты паршивый… – начала я.
– Перестань оскорблять мою сестру, Блейзон, – прервал меня Ксандер. – Если ты хоть пальцем до нее дотронешься…
– …тогда что? – подначил Габриэль. А мне наконец удалось стряхнуть руки брата.
– …тогда я тебя кастрирую, и ты будешь петь сопрано, – закончил угрозу мой брат.
Не впечатленный, Габриэль скрестил руки на груди.
– Эээ, вот теперь мне страшно, – продолжил издеваться он. – И как ты собираешься это сделать? Своими песнями? Поверь, от них у меня несколько раз все выворачивалось наизнанку.
– Я сейчас сам тебя выверну, – прорычал Ксандер, бросаясь к Габриэлю.
Мы с Пейтон мгновенно встали между ними. Она держала одного, а я схватила за руку другого. Но если Габриэль не перестанет поливать нашу с Ксандером музыку грязью, тогда, может быть, я все-таки отпущу своего брата. До сих пор я не принимала близко к сердцу эти насмешки, поскольку они в основном были направлены против Ксандера и его эго, но критика нашей музыки действовала мне на нервы. В конце концов, там мой текст, мой голос, и Габриэль знал, по крайней мере, первое. В конце концов, он сказал о том проигрыше.
– Хорошо, мальчики, я думаю, пора снизить уровень тестостерона. Ваш концерт вот-вот начнется, и я не могу допустить, чтобы вы избили друг друга до синяков, – добавил Джордж.
Мальчики посмотрели друг на друга поверх наших голов и одновременно заявили:
– Это он начал!
– Класс. Снимаю каждому из вас звездочку за ябедничество и пойдете спать без десерта, потому что снова треплете мне нервы, – сухо заметил Джордж.
Ксандер нехотя отодвинулся от меня.
– Что бы ни случилось, скорее ад замерзнет, чем я застряну в автобусе с Блейзоном на двадцать часов.
– Кто здесь с кем застрял? – кипятясь, поинтересовался Габриэль, но его взгляд едва заметно переместился на меня. Что-то мягкое появилось в его чертах. Он открыл рот, но слова, которые он собирался сказать, прервал такой громкий крик, что я вздрогнула от боли.
– Йоу! Блейзон, Прайс-Икс! Только скажите, мы втроем должны делить эту маленькую консервную банку? Я думал, Кельвин издевается надо мной!
Все присутствующие повернули головы и уставились на подошедшего парня. Высокий и жилистый, с вещевой сумкой на плече. Черты его лица казались азиатскими, с красивыми большими глазами и тонкими, почти по-женски изогнутыми бровями, в одной из которых красовалось кольцо. Его черные волосы косматыми прядями спускались с головы, а кончики светились неоновой синевой. Он был одет в синие джинсы и толстовку с леопардовым принтом, а когда смеялся, на языке блестел пирсинг. Я понятия не имела, кто этот парень, но и Ксандер, и Габриэль переглянулись.
– Токио! Как дела, чувак? – спросил мой брат, отстраняясь от меня, и ткнул кулаком парня.
– Ты шутишь? – произнес парень, почесываясь. – Этот фестиваль – безумие. Люди вчера просто эпически отрывались. – Обратив внимание на меня, он постучал пирсингом по зубам. – Ну, привет… а ты кто?
– Саммер, – представилась я, подавая ему руку.
Токио посмотрел на мою ладонь, как будто не знал, что с ней делать. Однако в конечном итоге он пожал ее и приятно улыбнулся. Хорошо. По крайней мере, он не казался придурком.
– Она моя сестра-близнец, – выдал Ксандер в качестве объяснения прежде, чем это успела сделать я.
– Да ну, – усмехнулся Токио, который теперь не собирался отпускать мою руку. – Ты понятия не имеешь, что я только не перепробовал, чтобы заполучить твою фотографию. Если бы я не запал на твоего брата, то у тебя были бы все шансы. – Он подмигнул Ксандеру.
– Тебя действительно зовут Токио? – весело спросила я, переводя взгляд с него на Ксандера. Однако мой брат в ответ только закатил глаза.
Парень наконец отпустил мою руку и покачал головой.
