– Спасибо! – выдохнула я. А подняв взгляд, испытала невероятное дежавю. Серые стальные глаза встретились с моими.
– Габриэль? – недоверчиво спросила я.
– Подумай о проигрыше, – снова прозвучали тихие слова, которые, кажется, так давно он сказал мне в почти такой же ситуации в Нью-Йоркском аэропорту.
– Ты действительно здесь? – прошептала я.
– Конечно, я здесь. – Габриэль крепко прижал меня к себе. Так крепко, что я окончательно вынырнула из своих мыслей. Потому что он удерживал меня здесь.
– Габриэль, что ты здесь делаешь? – тихо поинтересовалась я. – Ты должен быть в Лос-Анджелесе и производить впечатление на весь музыкальный мир.
Он пожал плечами и что-то проворчал, отчего его грудь завибрировала.
– Я уже это сделал. Гораздо важнее вопрос, что ты здесь делаешь. Где Итан? Вы же давно хотели пойти на этот концерт.
– Он не приехал, – с трудом выдавила я.
Плечи Габриэля напряглись.
– Ты уверена? Когда он должен был приехать?
– В десять.
– Вот засранец.
– Нет, не надо. – Я отстранилась от Габриэля, чтобы посмотреть ему в лицо. – Не говори так. У него есть все основания…
– Что? Какие основания? Ты говоришь о так называемом скандале, который раздули СМИ благодаря Майклу? Поверь, я сломал нос этому придурку, и теперь его красивое личико можно спасти только с помощью операции, – заявил Габриэль, обнимая меня так крепко, что я не могла дышать.
– Что ты сделал? – в ужасе воскликнула я.
– Небольшую шутку. Но это все еще не объясняет, почему твой лучший друг заставляет тебя сидеть здесь.
– Потому что я все испортила, – пробормотала я.
– Что ты испортила? Ничего. Не произошло ничего, за что тебе пришлось бы оправдываться. Просто объясни ему…
– Не могу, – резко прервала я и посмотрела Габриэлю прямо в глаза. Как бы я ни обессилела, внутри у меня все еще бурлили эмоции, слова, которые рвались наружу. – Неужели ты думаешь, что я не пыталась дозвониться до него и все объяснить? Но что я должна сказать? Что я люблю другого? Что люблю тебя? Он знает! Вот почему его здесь нет.
С каждым моим словом серебро в глазах Габриэля, казалось, сияло ярче.
– Продолжай, – попросил он, тем самым совсем сбивая меня с толку.
– Зачем? – тихо осведомилась я.
– Затем, что я поцелую тебя, как только ты выбросишь все это из головы. И я не собираюсь останавливаться в ближайшее время, – прошептал Габриэль, сантиметр за сантиметром склоняя лицо ко мне.
С каждой секундой по моему телу растекалось приятное тепло. У меня перехватило дыхание, и я уставилась на чудесные губы, которые так часто доводили меня до безумия.
– Какие-нибудь последние слова, Саммер Прайс? – пробормотал он в мучительном миллиметре от моего рта.
– Да. Я ненавижу тебя за то, что ты мне так нравишься, – сказала я.
Уголки его рта дернулись.
– Что ж. Мне нравится, когда ты ненавидишь меня.
А в следующее мгновение меня поцеловали.
У меня сразу же отключился мозг. Мир перестал вращаться. Значение в эту секунду имел только Габриэль и то, что мы сейчас вместе. Мы целовались, пока кто-то не напомнил нам, где мы находимся. У меня перед глазами все расплывалось. Только парень передо мной казался четким. Только он.
– Пойдем со мной, – позвал Габриэль и поцеловал меня еще раз. Его рука нашла мою. Он перекинул через плечо сумку, которую я только сейчас заметила, и мы вместе направились к выходу.
Мы взяли первое попавшееся такси и отпустили друг друга только для того, чтобы сообщить водителю, куда нас отвезти. Бедняга за эти десять минут, наверное, видел самое откровенное эротическое шоу в своей жизни, потому что никто из нас не сдерживался. Наши языки сплетались, в полной мере наслаждаясь вкусом друг друга. Габриэль шептал мое имя, словно опьяненный, и я умоляла его продолжать и никогда не останавливаться. Его пальцы бродили по моей коже, лаская каждый свободный сантиметр.
В какой-то момент автомобиль остановился. Я не знала, у кого из нас двоих хватит мозгов, чтобы заплатить. И я не помнила, заплатили ли мы вообще или как попали в гостиничный номер. Я почувствовала, как край кровати врезается в колени. Сдаваясь, мое тело само по себе опустилось на матрас. Габриэль склонился надо мной, облизывая и без того влажные блестящие губы. Его волосы были совершенно растрепаны, а в глазах плескалось почти благоговение, когда он одним плавным движением снял с меня блузку, а затем и лифчик. Его пальцы следовали невидимыми тропами на моей обнаженной коже, вызывая у меня приступы возбужденной дрожи. А когда его пальцы коснулись моих сосков, я застонала.
– Ты не представляешь, как я жаждал снова сделать это, – медленно наклоняясь, прошептал он.
Габриэль с удовольствием сомкнул губы вокруг моего правого соска и втянул его. Я застонала. Уперлась каблуками в покрывало и запустила пальцы ему в волосы, пока его язык отправился к другому соску. При этом Габриэль продолжал умело массировать мою правую грудь. Меня захлестывало возбуждение, горячее и влажное. Мышцы живота сократились, и стоны стали сильнее.
Он почти с отчаянием посмотрел на меня.
– Прекрати издавать такие звуки, иначе у нас может произойти несчастный случай, – выдавил он.
