… мы видели странное создание с длинным хвостом, которое переливалось чешуей и светом… это создание кружилось вокруг нас, по спирали, защищая… становясь все больше и больше, пока не исчезло, насытившись…
… но силы было слишком много… мы – было слишком мало… и мы растворялись, истаивая искрами… пока боль не обожгла… что-то вспыхнуло ослепительным светом и воронка силы начала уменьшаться…
… браслеты… образ всплыл в голове… мы знаем, что это такое… браслеты… мы знаем, и мы – боимся.
***
Луэй отступал, кидая плетения сразу с двух рук – его теснили в угол. «Пустые» шли строем, а дурной мальчишка, которому он открыл клеть и снял удавку, кинулся к своим и стал совершенно бесполезен.
Всё полетело за Грань сразу, как только началось жертвоприношение – слишком много даров, слишком много силы, внутренний круг не сработал, но внешний – удержал, этого он не учёл.
Сила билась в купол, ломясь в сторону жреца, с неистовством твари.
– Немилость!!! – орала старуха, потрясая тростью, почти подпрыгивая и бегая с внешней стороны границы, – Печать бога! Предназначенная в дар Немесу! Немилость! – но сила упорно проламывала путь через купол, стремясь к жрецу.
Вспышка.
Луэй перегруппировался. Он бы мог сказать старухе, что на девчонке нет немилости, но зачем? Сила возьмет своё.
Вспышка.
Одно кольцо рассыпалось в прах. Осталось два купола.
Уровень силы вокруг нарастал – плотность была такой, что ему было трудно дышать, и он не представлял, что творится в круге.
Вспышка. Плетение. Вспышка.
Дальше отступать некуда – он дошел до края, и в этот момент девчонка призвала дар. Он отступал и видел, как сквозь серое марево масок хищно блеснули золотом длинные узкие зрачки, как его отряд развернулся, и просто разметал жреца на куски – жрец умер трижды за мгновение – ему сломали шею, отрубили руку и голову.
Луэй был готов, и отбирал каждого из серых сам. Потому что он был там. После. И знал, на что способна юная сира Блау. Но такого не предполагал даже он. И это было хорошо. Он получил слово – такое сможет защитить Винни.
Серые, повинуясь приказу девчонки, выбрали новую цель и развернулись к старухе.
– Измена! – визжала Аю. – Измена!
Луэй начал перемещаться по кругу – быстро, так быстро, чтобы «пустые» не успевали реагировать, приближаясь к старухе – ему нужен ключ.
***
Из лабиринта меня вышвырнуло рывком, я не удержала равновесие и рухнула на бок, больно вывернув левую руку на цепи. Браслеты Арритидесов светились так ярко, что на глазах выступили слезы, и стали такими тяжелыми от сожранной силы, что не поднять рук.
Великий хранит меня! От ощущения, что я исчезаю, просто растворяюсь в чужой силе, меня потряхивало до сих пор. Великий хранит меня! Или точнее – меня хранит дядя!
За кругом творилось безумие – Серые швыряли плетения и резали «пустых», как скот, те падали, поднимались, отбрасывали отрубленные части тела, снова падали, и снова поднимались… кровь начала заливать внешний контур круга…
– Измена! Ты посмел, тварь! Убить! Убить всех! – орала Аю захлебываясь, в сторону Серого, который отмахивался сразу от двух пустых.
Этого ждал Луэй? Снять всех одновременно?
– Да будет жертва! – Аю взмахнула тростью в сторону круга, артефакт вспыхнул в ее руках, кисточки заискрились.
Силы стало больше, с каждой каплей крови, давление нарастало, и сейчас просто рванет.
Я уже стояла на коленях, с большим трудом держа спину ровно – плечи гнуло к полу, цепь противно подрагивала, когда звенья вибрировали от мощи.
– Убить! – бесновалась старуха, и я поняла, что Луэй проигрывает. “Пустые” теснили их к стенам, не чувствуя боли, шагали, поднимались, и падали, швыряя плетения с такой скоростью, что не выдерживали кольца – вот ещё один серый вышел из игры.
Нужно убить Старуху!
Сдохни! Я собрала все эмоции внутри, скрутила в узел, открыв воспоминания из лабиринта, от которых до сих пор леденела от ужаса спина.
Страх… страх такой всеобъемлющий и такой большой, что поглощает всё… страх раствориться… растаять… исчезнуть… потерять себя прямо здесь и прямо сейчас… страх, что тебя не существует… и ты никогда не существовала раньше… что никогда больше не будет я… только мы…
Я скрутила страх в узел, как плетение, сжала, добавив ярости, боли, и ненависти к старухе… ко всем ним… и… швырнула эмоции… открываясь так широко, как могла…
***
Тир матерился, из последних сил удерживая защитный купол – растянуть на пятерых! Он сшиб артефакт клети сразу, но они шевелились слишком медленно.
– Лидс, Фейу, – первая линия – защита! Только защита! – проорал он громко. – Отступайте в угол! Держать оборону, не нападать!
– Вайю! – пискнула Ву.
– Отступать! Лидс!
Когда рядом расцвели два защитных купола сразу, Тир позволил себе миг передышки. Творилось демоны знает что – Серые убили Жреца, старуха орала – измена, и «крысы» крошили серых и пустых.
Не думать. Не анализировать. Действовать. Так учил отец. Он потом рассмотрит каждый шаг на записях.
Круг вспыхивал, и Блау была окутана огромными светящимися спиралями силы, которые приподнимали её над полом.
– Кантор!
