«Прорыв. Твари. Вышки. Нет. Измена. Хейли». Просигналили в воздухе ещё раз, и черное с золотом послание потухло на фоне темного неба, чтобы вспыхнуть последний раз едва заметно — Герб Тиров расцвел в воздухе.
— Накопитель! — Аксель прыгнул вниз сразу, чуть согнув ноги, прокатился кубарем и тряхнул ближайшего мага. — Накопитель мне!
Маг оглянулся на одного из чинуш — одного из тех, кто зажал кольца и выдавал артефакты по списку.
— Не можно! Все подотчетны, сир! — чинуша взмахнул рукавами и заткнулся. Бутч властно тащил за шкирку помощника градоправителя, менталист запустил руку в карманы и вытряс накопители.
— Нельзя! Это городское имущество!
— Управление конфискует, — бросил чинуше Ашту, — Два, — менталист кивнул Акселю, подбросив на руке пару круглых камней на цепочке. Швырнул один Блау, а второй зажал в кулаке, намотав цепочку на ладонь.
И протянул вперед руку ладонью вперед, чуть согнув локоть. В Керне много огней — освещение не отключить быстро, нужно отправлять сигнал очень высоко, чтобы увидели с гор.
Аксель колебался доли мгновения, но протянул ладонь Ашту, крепко обхватив чужой локоть изо всех сил.
— Вместе, на счет один…
— Я веду, просто следуй, — бросил он менталисту и вскинул кулак вверх с зажатым накопителем.
— Три, два, один…
Сигнальная вышка
— Ты зачем добавила Хейли!
— Ты зачем добавил герб?
— Мы так не договаривались! — произнесли мы почти хором.
— Они должны знать, что Хейли изменники…
— А дядя должен знать, что я жив, — парировал Тир.
Я фыркнула, как будто у кого-то ещё в пределе были такие золотые оттенки силы.
— Смотри, — Кантор резко развернул меня лицом в сторону города.
Высоко, нереально высоко над Керном, почти в самой вышине туч расцветал герб Блау. С зеленовато серыми всполохами чужой силы.
У меня защипало в глазах от облегчения — Аксель. Аксель выбрался, Аксель в городе. Великий — благодарю!
«Вышки. Резерв. Печать». Появились следом один за другим очень быстро три символа подряд.
«Вышки. Резерв. Печать» — ещё дважды просигналили в воздухе. И «Убежище». Последний символ держался дольше всех, постепенно тая в воздухе.
— Я уже пробовал печать, — пробормотал Кантор, прищурясь. — Убежище?
— Это для меня, я знаю, — я отпустила руку Тира и быстро пошла к лестнице. Акс имел ввиду — спрятаться и переждать прорыв. Убежище — так мы играли в детстве. — Нужно найти ближайшую из наших шахт, там есть все необходимое. Едем!
Спуститься я не успела — опора под ногами закачалась, я заскользила к краю, потеряв равновесие, вышку тряхнуло. Тир крепко держал меня за руку.
— Вниз!
Но мы не успели — тряхнуло ещё раз и ещё — башня закачалась под ногами, заходила ходуном, но выстояла — эти горные сооружения закладывали с удвоенной расчетной прочностью.
Справа от нас по Хребту вспучивался снег летя вверх огромными комьями, в свете языков ярко алого пламени — один костер, два, три… отчетливо видимые в ночи.
Тряхнуло ещё раз, и ещё, и ещё.
— Хейли взорвали шахты…
— Глава умер…
— Твари, — лицо Тира стало пепельно-белым в свете магического светляка.
— Бежим….
Мы неслись вниз, перепрыгивая ступеньки — и даже я не знала, сколько у нас осталось времени, чтобы уйти.
Времени до того, как твари проснутся окончательно.
Керн
Претор был в южной части города — бедные районы всегда требовали особого присмотра, распекал очередную команду, когда в небе над Лирнейским хребтом вспыхнул герб Блау.
— Девочка…, — пробормотал Претор еле слышно, складывая знаки в слова — прорыв, твари, вышки, нет — это подтверждало ту информацию, которую они уже получили — цепь повреждена, и чтобы запустить резервную линию им нужен хотя бы один Глава — но все были в Хадже.
Единственную печать — оставили Му, и Наследник сейчас добирался в горы, в сопровождении отряда, чтобы восстановить резервную защиту.
Последним в небе расцвел родной клановый герб, и Претор едва уловимо дернул уголком губ от облегчения.
— Жив, щенок…, — плечи расслабились, как будто пудовая тяжесть ушла. Можно отзывать отряды. — Накопитель! — крикнул он повелительно, и несколько солдат подбежали к нему.
— Претор…
— Мне нужен кто-то с седьмым, — слишком много огней, нужно отправлять очень высоко в небо.
— У меня закатный седьмой круг, — отрапортовал один из магов, отсалютовав коротко.
— Сложим вектора…., — но прежде чем он договорил в районе кернского рынка, как будто отправляли недалеко от ратуши, в небе расцвел герб блау, полыхающий характерной тьмой, с зелено-серыми проблесками по контуру.
Претор прищурился, вспоминая какого рода это цвета.
«Вышки, резерв, Печать» — просигналили сверху трижды. «Убежище» — это был последний символ, который неохотно таял в воздухе, держась так долго, что вряд ли обошлись одним накопителем.
— Претор, сир, — один из легионеров протягивал на руке сразу три камня разной формы и размеров, обрамленных в цепочки.
