«Иранская» этимология названия «Русь» пользуется значительно большей популярностью. Она связана с большим числом географических названий Средней Азии, Северного Кавказа и Северного Причерноморья, которые восходят к иранскому корню
ruxs/roxs, отразившемуся в топонимах в многочисленных вариантах (роке-, раке-, руке-, рокш-, ракш-, рас-, -рош- и т. п.). Основа эта имеет значение «светлый», «белый». Она же отразилась и в наименованиях сарматских племен «аорсов» и «роксолан» («рукс-аланы», то есть «белые, светлые аланы»). Сарматы, ираноязычные племена Северного Причерноморья, и были возможными «проводниками» этого слова на юг Восточной Европы. По мнению академика Олега Николаевича Трубачева (1930–2002), это даже еще более древний, индоарийский корень, родственный древнеиндийскому
ruksa-.Исследователь связывает его историю с древней местной традицией именования Северного Причерноморья «Белой» или «Светлой» страной
[309]. В случае «иранской» и «индоарийской» гипотез происхождение названия «Русь» сопрягается и с версией о существовании особой Причерноморской (или Азово-Черноморской) Руси. Одним из крупных ученых-историков XX века, разделявших версию о сарматско-иранском происхождении слова «Русь», был, как уже говорилось, Г. В. Вернадский. Однако бесспорных доказательств существования Причерноморской Руси в ранний период, до X века, источники не дают.
«Скандинавская» этимология названия «Русь» разрабатывалась еще в XVIII веке. В наиболее законченном виде она представлена в книге Вильгельма Томсена, наблюдения которого были развиты позднейшими исследователями. В основе названия лежит, по мнению сторонников этой версии, реконструированный древнескандинавский корень
rор-,восходящий к древнегерманскому глаголу в значении «грести». Этот корень отразился в ряде форм, означавших «греблю», «весло», «плавание на весельных судах» и самих участников такого плавания (похода). Последние обозначались словами
ropsmanили
ropskarlar;к этому же кругу принадлежит название прибрежной шведской области Рослаген, поставлявшей определенное число судов для военно-морского ополчения. В VI–VII веках, то есть еще в довикингскую эпоху, скандинавы проникают в Западную Финляндию и Северную Прибалтику. Там в языке местного финского населения на основе какого-то из древнескандинавских слов, производных от
rop— и бывшего самоназванием военных групп скандинавов, возникает слово
Ruotsi, ставшее обозначением скандинавов и закрепившееся в западнофинских языках (в финском языке Швеция называется
Ruotsi, в эстонском —
Rootsi).Вероятно, в этой же форме слово существовало и у финно-угорских народов северо-запада и севера Руси, в том числе у чуди. Затем через западнофинское посредничество слово перешло в древнерусский язык, где приняло форму «русь» (подобно переходу «суоми» в «сумь»), причем, возможно, согласный звук «с» мог возникнуть как упрощение
ts(подобно тому, как в древнерусском слове «весь», означавшем финских вепсов, этот звук восходит к сочетанию
ps).
С середины VIII века наименование скандинавских воинов-гребцов переходит в древнерусский язык, где становится впоследствии обозначением княжеской дружины, а затем распространяется на подвластные первым варяжским князьям земли и племена, превращаясь в название страны — «Русь». Таким образом «профессиональное» самоназвание скандинавов, приплывающих на финские земли; через этносоциальный термин у западных финнов становится обозначением скандинавских отрядов на Руси, затем княжеской дружины в целом и, наконец, названием государственного образования
[310]. Естественно, этот процесс не был строго линейным — еще в 839 году в известии «Бертинских анналов» мы сталкиваемся со скандинавским самоназванием, — но шел он достаточно быстро (как сравнительно быстро происходило и объединение восточнославянских и финно-угорских племен русскими князьями в середине IX — начале X века). Так что уже в договоре Олега с Византией 911 года всё население, подвластное киевскому князю, именуется русью. Одновременно сохранялось и понимание «руси» как княжеской дружины, о чем скажем далее. Некоторая сложность возникает при учете данных немецких латино-язычных источников середины IX века, о которых упоминалось выше. В южнонемецкие диалекты слово «русь» именно в такой форме (со звуком «у» в корне) проникло уже в начале IX века, следовательно, переход от «руотси» к «русь» должен был осуществиться довольно быстро.
