– Вот, – сияя радостью, прошептал маленький изведыватель, – а вы мне не верили, только сёдел нет.
– Ничего, брат, – не менее радостно молвил Скоморох, – скакать без седла для славян дело привычное, давай, впереди меня садись, вместе мы как один Молчун весим. – Они подхватили свои заплечные мешки, вскочили на коней и двинулись вверх по реке.
Но скачка их была недолгой. Едва взошло солнце, сзади послышался быстро приближающийся стук копыт: по их следу мчались шестеро легконогих всадников. Две просвистевшие рядом стрелы подтвердили решительное намерение преследователей.
– Давай туда, – махнул Молчун в сторону небольшого холма, на котором лежала груда камней – остатки разрушенного могильника.
– Правь конём, Ерошка, а я им охоту близкого знакомства отобью! – молвил быстрый изведыватель, передавая повод мальцу и снимая со спины лук. Когда один из шести всадников дёрнулся в седле и откинулся назад, замедляя ход коня, потому что плечо ему пронзила стрела Скомороха, а лошадь другого из преследователей рухнула на полном скаку, подминая под себя наездника, преследователи поотстали, понимая, что к беглецам с таким дальнобойным луком не стоит приближаться столь близко. Изведыватели меж тем вихрем взлетели на возвышенность и… всё поняли. Те шестеро были просто загонщиками, а впереди у реки, куда они стремились, уже смыкались, охватывая большое коло с двух сторон, несколько сот воинов.
– Это печенеги! – воскликнул всезнающий Еркинбей.
– Нам не уйти, – крикнул Скоморох, – мальца схоронить надо, река недалече, как всё уляжется, сам до Булгара доберётся, как учили!
– Верно, давай, Ерошка, вишь меж камнями старая волчья нора, а мы печенегов отводить будем! – Он, гарцуя, прикрыл своим конём соратника, а малец вмиг соскользнул по потному боку коня и ужом юркнул в нору меж камнями, рискуя быть тут же укушенным потревоженной змеёй или скорпионом. Изведыватели же ринулись с высотки вниз, туда, где реже всего было кольцо печенегов.
Они понеслись по степи, теперь в обратном направлении, но справа и слева к ним мчались, сужая коло, всё новые степные воины.
– Давай, брат Молчун, сойдёмся врукопашную с печенегами, а то стрелами они нас с коней посбивают, – крикнул сквозь свист ветра в ушах от бешеной скачки Скоморох.
– Вряд ли, они же видят, что нас всего двое, возьмут, но размяться точно успеем!
Они врезались в самую гущу крепких воинов и отчаянно начали рукопашную схватку.
– Ты, что ли, Сила? – услышал сзади работник, когда укладывал на воз тюки со шкурами. Оглянувшись, узрел худощавого черноволосого отрока с не по-детски внимательными очами. Судя по рваной засаленной одёжке и тощему телу, путь мальца был дальним и нелёгким.
– Ну, я, а чего надобно?
– Мне дядька Айер нужен, я от Молчуна и Скомороха, только меня ищут стражники.
– Давай, меж тюками схоронись, а я тебя сверху прикрою.
Малец ящеркой ловко юркнул меж мягкой рухляди, а Сила заботливо подправил поклажу, незаметно поглядывая по сторонам. Могучий богатырь обладал не только удивительной силой, но и тонким чутьём к людским душам, он тотчас проникся доверием к незнакомому отроку.
– Так что со Скоморохом и Молчуном? – тревожно спросил старый изведыватель, садясь за стол напротив мальца, который старательно уплетал съестное.
– В Итиле собрались резать купцов новгородских, мы упредили их и ушли. В заводи на Ра-реке нас обложили, но нам удалось проскользнуть мимо хорезмийцев.
– Хорезмийцы отчаянные воины, добре в конном строю рубятся, да чуткости той, что у хазар, в ночной степи не имеют, повезло вам, – заметил Айер.
– Той же ночью на табун лошадей наткнулись, я двух лошадей увёл, и степью без сёдел мы поскакали к полуночи, почти до большого изгиба реки дошли, да печенеги нас окружили. Повелели Молчун со Скоморохом мне в волчьей норе меж камнями схорониться, а сами во весь опор понеслись, чтобы печенегов от меня отвести. Слышал я, как к холму подъехали несколько печенегов, поглядели, не спешиваясь, и ускакали. А как стемнело, отправился я к реке, по звёздам, меня дядька Скоморох добре научил дорогу держать. А дядька Молчун так мне молвил: «Запомни крепко, Ероха, коли с нами что случится, ты хоть ползком, хоть на крыльях, должен попасть в свой родной град Булгар. Там, у мечети, найдёшь дом купца Аурайя, это по-булгарски, а вообще-то Айер его зовут, и на словах скажешь тому купцу так… А что с ними сталось, неведомо… – отрок перестал жевать и опустил голову, потому что много раз слышал от верных своих друзей-воспитателей, что настоящий изведыватель плачет только когда для дела потребно.
– Ты добрался до реки?
