Гигантские ярко-оранжевые тыквы, они походили на дома фантастических персонажей. Самая маленькая тыква была чуть пониже Ро, но чтобы её обнять понадобилось бы три Ро, взявшихся за руки, а в основном, тыквы были с небольшой дом. Несмотря на осень, кое-где ещё видны были цветы тыкв, огромные желтые граммофоны были направлены в сторону солнца и казалось, что вот-вот зазвучит прекрасная музыка, и из своих тыкв-жилищ выйдут хозяева…
— Шарики-зингарики! Давай возьмем в замок одну тыкву. Я из неё себе дворец сделаю.
Ро села на огромный зеленый лист, прислонившись спиной к тыкве, и решила снова отправить свои голограммы отцу и друзьям.
— Зингарик, — позвала Ро друга, — я отправляю голограммы, а в ответ…
— Ни здрасьти, ни досвидасьти, — вылезая из огромного граммофона, весь измазанный желтой пыльцой, продолжил Зингарик.
— Почему они не отвечают? У них что-то случилось или со мной что-то не так?
— Я не знаю, — отряхивая свои ручки, ответил Зингарик, — но ты в любой момент можешь уехать домой.
— Нет. Не могу, — прошептала Ро и вдруг закричала:
— Смотри! Это же Союз Семи Цветов, сейчас будет очень важное сообщение!
Высоко в небе, над страной Килиматорией, была Радуга. Огромная и яркая, она переливалась своими цветами, как драгоценные камни переливаются на ярком солнце. И вот, под Радугой, белоснежным облачком пробежал маленький длинноногий единорог, и, убегая, растаял вдали… Союз Семи Цветов ещё несколько мгновений дарили своему народу блаженство.
— Единорожка родился, вот это да! — закричала Ро, а в голове промелькнула мысль: «Хороший знак».
Немного помолчав, Ро сказала:
— Знаешь, у меня не выходит из головы библиотека Мадам Жинез. У меня есть большое желание навести там порядок.
— А ты не думала, что для этого и создан этот беспорядок? — усмехнулся Зингарик.
— Ты хочешь сказать, что кто-то составил книги так, чтобы я расставила их по-другому, по-своему? И ещё больше запуталась да?
— Не прошли даром годы обучения в школе для одаренных. Хотя… ты мыслишь стандартно, тебя как «бычка на веревочке» ведут куда хотят…
— Я не бычок, — обиделась Ро и, немного помолчав, задумчиво сказала:
— Если «бычка» ведут, значит, «бычка» от чего-то уводят. А от чего меня уводят? В библиотеке кроме книг ничего не было.
— Ведут и уводят, — грустно вздохнул Зингарик, — да забудь ты про книги.
— Как-то странно, в библиотеке забыть про книги, — удивилась Ро.
— Знаешь, Ро, твоя голова очень напоминает тыкву и не только рыжим цветом. Да ты сейчас не в библиотеке, ты на тыквенном поле!
Ро во все глаза молча смотрела на Зингарика, прошло несколько минут, и Ро, закрыв глаза, прошептала:
— Цвета. Вот, что мне резануло глаза, они стоят как-то неправильно!
— Во-о-от!
— Да ничего не «во-о-от», я тебе как дизайнер скажу, то, что мне режет глаза — это не значит, что цвета стоят неправильно… это просто мне не нравится такое сочетание.
— Да не лезь ты в эти дебри! — взмолился Зингарик, — Всё гениальное просто!
— Простое гениальное — это сочетание цветов радуги. — как бы отмахиваясь, быстро ответила Ро и тут же по слогам повторила:
— Ра-ду-га! Значит, нужно составить книги в цветовой последовательности радуги. Это нереально. У меня на это уйдут месяцы, — вздохнула Ро.
— В Зингарии у меня была игрушка: квадратная коробка, а в ней в четыре ряда стояли кубики с нарисованными цифорками от 1 до 15, но в последнем ряду было всего три кубика и одно пустое место. Так вот, кубики с цифорками стояли не по порядку, а нужно было их составить по порядку, только передвигая их по дну коробки. Услышала?
— Да. Я тебя услышала. Но, я не помню, пустого места на книжных полках. А ты?
— Я тоже не помню, но можно ведь посмотреть, правда?
— Правда. И посмотрим мы сегодня на рассвете, когда все будут спать.
Когда Ро поднималась по лестнице к себе в комнату, её окликнула Санита:
— Артурз, ты прогуляла обед, но это и хорошо. На обед было плохо прожаренное пересоленное мясо и салат из редиски. После обеда с Мадам я сделала вполне съедобные бутеры, тебе тоже оставила парочку.
— Спасибо, Санита. Скажи, а ты получаешь голограммы?
— Конечно, если бы не книги и голограммы, я бы давно от скуки сдохла.
Ро вошла в комнату и недовольно цокнула языком. По всем стенам и окнам текла грязь, собираясь в слово «убирайся» грязь стекала вниз, а достигая пола, текла вверх и снова «убирайся».
— Шарики-зингарики! А «убирайся» — это значит нужно сделать уборку в комнате, да?
— Может быть, — вздохнула Ро, — но я думаю, что это значит, что нужно уехать из Дома.
— А если мы утонем в грязи? — спросил Зингарик.
— Не утонем. Если бы нас хотели утопить, давно бы утопили, значит, мы ещё зачем-то нужны, — не обращая внимания на грязь и садясь за стол, спокойно ответила Ро.
Было за полночь когда Азор прилетел на Орле к Винчерам.
— Извините, что так поздно. Саша, можно кофе с молоком, но без сахара. Как близнецы?
