Повисло тягостное молчание. Егор со страхом посмотрел в черное небо, представив, как, разрывая ночную тьму, им на головы падают яркие точки - разделившиеся боеголовки китайских гиперзвуковых ракет.
- А, черт с ним, какая теперь разница! - в сердцах сказал священник. - Расскажи-ка лучше, что ты тут делаешь со своей... дамой.
Егор путанно объяснил, как они оказались в доме директора и почему их держали взаперти. Приставания Глостина к Наташе он решил опустить.
- А вы? - спросил он, предварительно глотнув виски для храбрости. - Что вас сюда привело? Глостин должен вам деньги?
- Не мне, моему прихожанину, - ответил Авдеев недовольно и добавил, предваряя вопросы: - Я только помогаю выбивать долг. Поверь, подробности тебе лучше не знать.
- Так вы у нас вымогатель? - поинтересовалась Наташа с усмешкой.
- Я что, похож на вымогателя?! - возмутился Авдеев.
- Нет, - ответила она, скосив взгляд на его мятый потертый халат. - Извините.
- Я священник Церкви адвайты, - доверительно сообщил ей Авдеев. - Вернее, был им до вчерашнего вечера. Вчера я получил видео-открытку об увольнении.
Егор молчал, переваривая печальное известие. Он начал привыкать к тому, что все новости последнего времени были одна хуже другой.
Ругаясь через слово, Авдеев рассказал, что накануне президент Гулла презентовал планы по созданию новой религии. Корпорация наняла модных топ-теологов и команду священников-расстриг разных конфессий, чтобы те до конца финансового года разработали концепцию новой гулловской религии. Помимо прочего, было объявлено об увольнении всего персонала Церкви без выходного пособия - гулловцы нашли лазейку в договорах со священниками. Те, кто опасались, что Гуллу нужны только церковные недвижимость и лицензия, оказались правы.
- Мне очень жаль, - сказал Егор подавленно.
Он чувствовал себя сиротой. Егор только сейчас осознал, какое огромное место в его жизни занимала Церковь адвайты. Было отчаянно жаль Авдеева. Куда ему, инвалиду, теперь податься?
- А в чем суть новой религии? - спросила Наташа.
- Священнков заменят гулловские роботы - вот и вся суть! Вся эта затея устроена ради их продвижения. Гулловцы рассчитывают, что прихожане увидят священника-робота и захотят купить такого же себе домой. У них и графики есть с прогнозами продаж.
Пьяно улыбаясь, Петр подмигнул Наташе и сказал:
- Вы вытесняете нас, моя дорогая!
Повисла неловкая тишина. Наташа поджала губы и обиженно молчала. Первым молчание нарушил священник.
- Ну, пора и честь знать, - сказал он, тяжело поднимаясь с дивана. - Поеду домой, пожалуй. Какие у вас планы на вечер? На остаток, так сказать, молодой жизни?
Егор вновь бросил тревожный взгляд в ночное небо. Он хотел сказать, что отправится домой переодеться, а оттуда к родителям, но его опередила Наташа:
- Нам некуда ехать. Егора ищет полиция.
При упоминании полиции рука Егора заныла в месте старого перелома.
"Домой нельзя, они уже там," - мысленно шепнула ему Наташа.
"Откуда ты знаешь?"
"Вижу через кота".
- Зачем искать, они же могут отследить его чип? - удивился Авдеев.
- Не могут, - сказала Наташа. - Я загрузила нам с Егором специальную программу... не совсем легальную. Она подменяет наши координаты. Полиция видит нас, но со сдвигом в пространстве. Угол и расстояние смещения все время меняются случайным образом. Сейчас они думают, что мы в сорока километрах восточнее. Извини, не успела тебе сказать, - добавила она смущенно, поймав укоризненный взгляд Егора.
- Молодец, соображаешь, - похвалил ее священник. - Только одно не учла. Гулловские видеосенсоры!
Егор и Наташа озабоченно переглянулись. Авдеев прав: город напичкан видеосенсорами. Связанные в сеть микроскопические видеодатчики помогали Гуллу индексировать окружающий мир. Их скопления были чем-то вроде гигантских фасеточных глаз, неотрывно следящих за всем вокруг. Егор был почти уверен, что у полиции есть доступ к видеопотокам с гулловских сенсоров. Найти в них его лицо - дело нескольких минут.
Он завертел головой, вглядываясь в окружающую темноту. Разумеется, никаких видеосенсоров он не увидел, - эти полупрозрачные бусины слишком малы, - но он точно знал, что они есть. Их окружали сотни, если не тысячи, микроскопических соглядатаев. Дешевые и простые видеосенсоры служили недолго, поэтому Гулл периодически распылял их с дирижаблей, "засеивая" целые районы города. Невесомые бусинки были повсюду: на полу террасы, в стенах, на крышах и уличных фонарях, на диване, на котором они сидели - возможно, даже в их одежде и волосах.
- Вам нужно уехать на север, в Дубну! - воскликнул священник.
В Дубну? Егору эта идея совершенно не понравилась. Дубной называли некогда дрейфовавший на севере Подмосковья остров, выросший из мусора и брошенных понтонов. Лет сорок назад плавучая свалка застряла над затопленным подмосковным городом и унаследовала его имя.
