Он еще раз внимательно проверил алгоритм программы и вновь не увидел главного: каким образом Дубина будет оценивать ситуацию? Похоже, оценка производилась какой-то другой программой. Егор понимал, что текст речи был лишь крохотным кусочком огромного клубка задач, которые решали разработчики во главе с Рыбой. В голове андроида работал комплекс из множества программ, отвечающих за ориентацию в пространстве, движение, сохрание равновесия и главное - за стратегию и тактику поединка. При почти полной идентичности аппаратных платформ победа достается тому, чьи программы лучше. Кибер-бокс был состязанием программистов.
Егор ничего не понимал в программировании и старался в эти дебри не лезть. Однако он хотел знать критерии оценки. Без них браться за работу над речью бессмысленно. Он может написать сколь угодно пламенные слова, но какой в этом прок, если робот слепит их в речь своевольно, руководствуясь неизвестно чем?
Даже мысль о звонке Рыбе была мучительна, но деваться некуда. Поколебавшись немного, Егор решился. Он попросил Наташу связать его с программистом. Ответил друггл Рыбы, свирепый тип с причудливым именем IG-88, такой же социопат, как его хозяин.
- Чего надо? - хрипло прорычал он.
- Мне нужно поговорить с Рыбой. Это важно, - сказал Егор, изо всех сил пытаясь быть вежливым.
Он ненавидел IG-88. Иногда ему казалось, что друггл Рыбы чувствует это и ненавидит его в ответ.
- Он занят. Перезвоните через месяц.
- Через месяц будет поздно, - терпеливо сказал Егор. - Если мы не решим важную производственную проблему, он потеряет работу.
Это слабое место любого друггла. Они прежде всего заботятся о благополучии своих хозяев. Через секунду раздался знакомый сиплый голос:
- Рыба. Что стряслось?
- Добрый день, - сказал Егор. - Извини, что оторвал от дел. Спасибо за программу! Все здорово, она отличная. Я только не понял - как вычисляется оценочный индекс?
- Никак. Программа просто складывает в единое целое куски текста.
- Мне нужно знать, как он вычисляется, - терпеливо сказал Егор. - Как Иван будет оценивать свой успех? Без этого писать речь невозможно. Если я не пойму, какие фрагменты текста и с какой эмоциональной окраской он решит использовать, получиться полная галиматья.
- Я об этом не думал. Свяжусь позже, - проворчал Рыба и отключился.
"Что ж, значит, сегодня у меня выходной", - подумал Егор.
Перед его взглядом замигал вызов. Рыба!
- Придумал. Вычислять ничего не придется. Они дерутся в "Колизеум Арене", так? Там повсюду развешены табло с биржевыми котировками фирм-участниц. Стоимость акции "Уроботов" - лучший критерий успеха боя. Она отражает мнения миллионов. Робот будет смотреть на движение цены и, исходя из нее, на ходу складывать речь. Цена все время меняется. Оценочный индекс привяжем к ней.
Егор благоговейно молчал. Все-таки Рыба - гений. Такое только он мог придумать. Как всегда, задача решена просто и без лишних усилий. И все же следовало кое-что уточнить.
- А табло точно будут работать? Матч ведь не коммерческий?
- Будут, я узнавал. Это старая традиция: бой определяет расстановку сил на рынке. Еще вопросы?
- А если ему выбьют оба глаза? - поинтересовался Егор. - Как он в прошлый раз выбил Стальному Молоту?
- Хороший вопрос, - сказал Рыба после короткого раздумья. - Тогда поставим ему двойные бронированные стекла. И третью камеру в лоб. Спрячем ее внутрь, за лобную кость. Наружу сделаем точечное отверстие - замаскируем под кожную пору. Не стерео, но разглядеть табло сможет. Все, или еще что?
Егор церемонно поблагодарил его, но Рыба отключился, не дослушав. Программист вызывал у Егора смешанные чувства: отвращение пополам с восхищением. При всех вопиющих недостатках Рыба был прирожденным хакером, занятым своим делом - тем, для чего он рожден. Он являлся живым примером того, каких высот в профессии может достичь человек, с детства распознавший свою природу и истинное призвание, пусть даже случайно. Таких людей мало. Тем ярче они выделяются в толпах потерянных, не нашедших себя взрослых, которыми забиты московские офисы.
Егору подумалось, что в этом он похож на Рыбу. Он тоже нашел свою стезю, хотя и не сразу. Прежде чем стать киберписателем, он перепробовал множество занятий, не всегда законных. В детстве Егор чуть не угодил в тюрьму за взлом считывателя оплаты. За это друзья прозвали его смешным прозвищем, напоминавшим югославскую фамилию - Банкоматич. Судьба петляла, выделывая рискованные зигзаги; но все же, оглядываясь назад, Егор не мог не признать: литературный вектор с самого начала просматривался четко. Даже юношеская афера с покупкой партии утилизованных роботов была словно списана с римейка старинной книги, довольно известной в прошлом. Ее сочинил писатель со странной фамилией, звучащей как "гугол" - так в математике называют число, равное единице со ста нулями. Он прославился тем, что сжег лэптоп с черновиком второго тома своего главного бестселлера в микроволновой печи.
