Николь.Развод родителей, мать-чудовище, разочарование и боль. Согласитесь, не лучший стикерпак для девушки семнадцати лет. Однако, это – моя реальность. Здесь найдется наклейка на каждый день моей чертовой жизни. Если бы не поддержка лучшей подруги, не знаю, как бы я справилась. Но внезапное возвращение ее брата сделало все только хуже. Самовлюбленный, заносчивый мерзавец Киллиан Мур стал моим персональным кошмаром. С первых же минут наше общение превратилось в непримиримую вражду. Вражду, которая либо уничтожит, либо исцелит обоих. Киллиан.Я рассчитывал на веселое, беззаботное лето. Но несносная подружка сестры напрочь перечеркнула все мои планы. Острая и жалящая как соус Табаско, она бесила и доводила меня до исступления. Окей, детка, я буду называть тебя перчинкой и превращу твою жизнь в ад.Если бы только знал, что наша война затянется на долгие годы, и каждую новую песню я буду посвящать ей… Чистейший адреналин, страсть, ненависть… безумный rock`n`love!
Злое утро. Злое, злое, злое… голова раскалывается, а во рту суше, чем в ультрафиолетовой лампе для маникюра. Думаю, Эмбер и того хуже. Ведь вчера я смогла остановиться почти вовремя, а подруга нет.
Да, кажется, перед рассветом действительно запускали фейерверки. И, кажется, я до сих пор слышу их взрывы… у себя в голове. Проклятье, как же больно! В памяти тошнотворным калейдоскопом мелькали отрывки воспоминаний. Очень много текилы, танцев, ныряния в бассейн, две драки, причем если парни отделались синяками, то сцепившиеся девицы изрядно проредили друг другу шевелюры и располосовали ногтями физиономии. М-да… вечеринка в честь летних каникул выдалась жаркой и драматичной. Интересно, как жертвы любви выглядят сегодня? Готова поспорить, хуже, чем я. Но серьезно! Что за глупость драться из-за парней? Никогда этого не понимала.
Воспоминания о текиле спровоцировали новый приступ тошноты. Чтоб еще хоть раз! Да, никогда!
Пришлось перевернуться на спину и сделать пару глубоких вздохов. В моем текущем состоянии была только одна хорошая новость – я в гостевой спальне Муров. Это стало ясно по встроенной многоуровневой подсветке на потолке. Отлично, обошлось без эротических приключений. Выходит, вчера нам с подругой все же удалось добраться до дома ее родителей. И если я здесь, значит Эмбер в соседней комнате. По крайней мере, надеюсь, это так…
У семьи Муров был огромный двухэтажный особняк недалеко от побережья. И после особенно зажигательных ночей мы пробирались в дом через черный ход, чтобы никто не видел, в каком состоянии и виде мы возвращаемся. Нам-то все равно, а вот родительские нервы стоит поберечь. Но признаться, как я сюда попала, совершенно не помню. Как и последние пару часов вечеринки. Дерьмо!
Краткий обзор тела показал, нижнее белье на мне. Фух… выходит, точно пронесло. Нет ничего хуже, чем проснуться без трусов. Забава местных парней – коллекционировать девичьи трусики. Подтверждение очередной победы и собственного самолюбия. Уроды. Все они моральные уроды. Ненавижу.
Через несколько минут мне наконец-то удалось подняться. Комната качалась, как лодка на волнах, не желая успокаиваться. Вцепившись за край тумбочки, я ждала, когда утихнет шторм, и тихо материлась. Черт, ну зачем было столько пить? Подумаешь, наступили летние каникулы, подумаешь, все экзамены позади, а моя проектная работа заняла первое место в штате, не взирая на то, что выпускной класс только впереди, а конкурировали со мной сплошь выпускники. И не просто выпускники – лучшие ученики, претендующие на стипендии в ведущих университетах страны. А победила я. Ну ладно, повод напиться действительно был.
Так гласила официальная версия.
Но я-то знала правду. Истинная причина моего «девиантного поведения», как говорил школьный мозгоправ, заключалась в моих предках. После восемнадцати лет брака они вдруг поняли, что слишком разные люди, и решили развестись. И хотя их отношения всегда были далеки от идеальных, все же новость больно ударила по моей психике. И последние полгода надиралась я исключительно из-за их развода.
Сделав глубокий вздох, я отцепилась от борта… в смысле тумбочки и неуверенной походкой направилась в ванную. Головокружение понемногу отступало, а вот тошнота и головная боль только усиливались. Надо бы умыться, немного привести себя в порядок, прежде чем выходить из комнаты. Не ровен час, мистер и миссис Мур дома. Не хотелось бы попадаться им на глаза в таком виде. Оказавшись в ванной комнате, я в ужасе уставилась в зеркало. Оттуда на меня смотрело чучело: лохматое, помятое и опухшее. Ужас, неужели это я?!
Холодная вода и зубная паста помогли почувствовать себя чуточку лучше. Расческа продрала спутавшиеся пряди и помогла обрести чучелу более-менее человеческий вид. Кое-как справившись с футболкой и шортами, я подошла к двери и, приоткрыв, прислушалась. В доме царила тишина. Кажется, мне повезло, родители Эмбер уже отчалили на работу. Выскользнув из двери, я тихонечко пошла по коридору к лестнице, ведущей на первый этаж. Пока спускалась по ступеням вниз, лихорадочно вспоминала, где миссис Мур держит лекарства. Кажется, на кухне.
Признаться, спуск по лестнице дался нелегко. Хотя я очень старалась держаться ровно, подозреваю, мой путь скорее напоминал игру – задень, запнись, ударься. Просто чудо, что я не скатилась кубарем, но все же без травмы не обошлось. Мне почти удалось пересечь гостиную, когда на пути встал диван.
– Твою ж мать! – взревела я, не сдержавшись, когда зацепилась мизинцем за его ножку. Ну почему?! Почему у всех людей пальцы как пальцы, а мои выросли перпендикулярно ступне и за все цепляются?! Боже, как же больно!
Подвывая и прихрамывая, я поковыляла к холодильнику. Нужно срочно приложить лед. Мизинец жутко саднил и ныл. Но стоило мне наклониться к морозилке, как позади раздался задумчивый мужской голос:
– Если ты грабитель, то черт возьми, ради таких ножек и попки я готов лично провести арест и не вызывать копов.
