и жить интересно.
Нас покупают, нас продают,
Нас разменяют на сотни валют,
Нам остаётся только терпеть,
Жить, ненавидеть и умереть.
Нас покупают, нас продают,
Исподтишка нас режут и бьют,
Нас разрывают на сотни частей,
Для торжества чьих-то лживых идей.
Моя печаль – безумное творенье,
Моя любовь – мелькание ваших лиц,
И может быть, прочтя стихотворенье,
Слезинка тёплая слетит с твоих ресниц.
Моя остаточная, жёсткая суровость,
И мой ненужный, чёрный не покой -
Всё бы отдал за эту только новость,
Чтоб ты сказала: «Я пойду с тобой»…
Меня ж всё так же гложет бытовуха,
Я стал ленивым для своих дорог.
И слова матерного не коснётся слуха,
И кабака не преступлю порог.
Тоскую по вчерашним зимним вьюгам,
И по друзьям, что выбрали свой путь.
Они ушли… и может даже к югу,
А я остался лямку здесь тянуть.
А старость подбирается всё ближе,
Как странно, мне всего лишь четвертной,
А по ночам я слышу голос: «Тише»,
Не правда ли, совсем не тот покой.
И мне бы уж давно поставить точку,
Прилечь в сугроб и просто так уснуть.
И я бы сделал так, да только дочка…
Простит ли вот она когда-нибудь.
Окончилась игра с названием Жизнь,
И не на что мне больше смотреть.
Остался лишь короткой жизни миг,
Последней ставкой будет моя смерть.
Вина глоток и звонкий вскрик гитары,
Её последний, упоительный аккорд,
И вот взбираюсь по ступенькам славы,
Не зная, что иду на эшафот.
Последний поцелуй возлюбленной красотки,
Последние объятья, море слёз,
Не надо…, ненавижу больше водку,
Хотя на слёзы я сегодня Крёз.
Курок взведён, последние сомненья,
Уйдут со мною, канут в пустоту.
Услышу только ангельское пенье,
Как волки ночью воют в темноту.
Вот прошло 10 лет, ты стоишь как в начале:
У истока судьбы, у притока печали,
И боишься сказать, 10 лет мы молчали,
А качели судьбы нас безумно качали.
Шаг вперёд – ты герой, шаг назад – ты предатель,
Был вчера сатаной, а сегодня создатель.
Так уводят мечты в бесполезные дали,
Мы сходили с ума, а потом умирали.
От сумы до тюрьмы и обратно до гроба,
Как в плохое кино ты приходишь на пробы,
Забываешь друзей и пытаешься верить,
А в итоге, опять… ты открыл не те двери.
Я любил тебя снова и снова,
но в глазах твоих похоть,
Ловил ртом облака,
не хотел раньше времени сдохнуть.
Рисовал свои мысли
в чёрно-белых,
негативных картинках,
Выкорчёвывал брёвна из глаз,
думая, что соринки.
Я забыл, про то, что есть мир
и что это круто,
И резал большими ломтями
холодное утро,
Замирал на свету’
призрачным облачком тени,
Уходил в темноту
по асфальтовым серым ступеням.
Сиротливо скрипнет калитка,
Да в котомке хлеба кусок.
Прочитай на дорогу молитву,
Да на шею одень образок.
Что же ждёт меня за поворотом,
Где берёз обрывается строй?
Буду жить хорошо и работать
Иль бродить буду пьяно-шальной?
Ты ж желать будешь мне доли лучшей,
Не устанешь ты бога просить.
Сколько мне накукует кукушка,
Столько я постараюсь прожить.
А однажды в апреле, иль в мае,
На приступке скрипнет доска.
"Я вернулся домой, маманя,
В моих жилах гуляет весна!"
Мамка тихо замрёт на пороге,
Да заветрились будто глаза,
И исчезнет злая тревога,
Да молитвою на образа.
И стоять будет вся "не живая",
Мять руками новый платок,
А сквозь слёзы всё повторяя,
"Наконец-то вернулся, сынок…"
В новых учебниках нет слова "Родина"
На досках "Россия" замазано мелом.
Учитель, мой батя был коммунистом,
А прадед был убеждённым "белым".
Но каждый из них погиб за Отчизну,
Веря, что нас ждёт светлое завтра.
По павшим героям справим мы тризну,
И свечи зажжём в отстроенных храмах.
И детям и внукам расскажем мы правду,
Как Русь Святая стала Россией,
С именем светлым Христа… и Перуна
Всегда побеждали и … всех победим мы…
Утром вернулся из "командировки",
С плеч тяжёлую скинул "разгрузку",
Погладил сына по светлой головке:
" Я, сынок, убеждённый русский".
Любовная лирика
Ждёт дорога, в первый раз
Я хотел бы отказаться,
И твоих бы милых глаз
Губами я хотел касаться.
И тебя бы, если смог
Я б обнял сейчас покрепче.
Уезжать приходит срок,
А мне от этого не легче.
Вот и время уезжать.
На обшарпанном перроне
Мне ты скажешь : «Буду ждать»-
И душа от ветра стонет.
Я хотел бы целовать,
И глаза твои и губы
Может быть в последний раз,
Может этого не будет.
Может, заберут меня
Ветер, осень и могила,
Буду помнить, как тогда
Ты сказала просто: «Милый».
Я подпрыгнул до небес,
И душа взлетела в небо,
Заиграл какой-то бес,
И счастливее я не был.
И не буду никогда
Я счастливее наверно.
Срок пришёл и вот вода
Заглушила шелест ветра.
Я счастливейший из всех,
Мне она сказал: «Любит».
Замедляет поезд бег,
И забегали все люди.
Брошу я последний взгляд,
На вокзал укрытый ночью.
"Ты дождись!" – слова летят,
В холод, в темень эту волчью.
Где-то в прошлом осталась любовь,
Она бродит опять перелесками,
То вернётся, то спрячется вновь,
За корявою строчкой песенной.
То мечты соберёт все вновь,
В хороводе осеннего кружева.
Я с тобою познал любовь,
И хожу я тобой простуженный.
И хожу я блаженно-больной,
Всё дорогами, да перелесками,
