Голова болела так, словно по ней ударили чем-то тяжёлым. Точно такое же чувство я испытал, когда ещё мальчишкой угодил под руку рассерженного Крома Рогатого. Кое-как собрав мысли, попытался открыть глаза. Лучше бы я этого не делал. Потому что перед глазами висело сразу несколько отрывистых сообщений от нейросети:
Едва я начал понимать, что написано в послании от нейросети, пусть и отрывистом, но последовательном, как его перекрыло сообщение от предтеч:
'Зафиксирована интеграция искусственной биомеханической структуры ранга «артефакт бессмертного».
Глава рода Аквамарин, ты внёс положительные изменения в генокод предтеч. Запущен протокол «Эволюция». Подконтрольные роду объекты предтеч получили новую ветвь развития — стихию «эволют».
Получена награда от предтеч: энергоядро увеличено в два раза. Энергоядро заполнено'
Хорошо то как. Только не пойму, с чего мне вообще вот эти все подарки? Что вообще произошло?
Сообщение предтеч растворилось, и я вместо ответа получил новые оповещения от нейросети:
Ну вот, ещё больше запутался. Зато вспомнил, что же произошло. Я использовал способность «пустотные зеркала», и шагнул в черный портал. А дальше, учитывая крышку медкапсулы надо мной, что-то пошло не так. Ничего, сейчас разберёмся, что же произошло.
Нейросеть считала с медицинского приспособления моё текущее состояние, и сообщила, что я в данный момент полностью здоров. Заодно передала мои данные, как гражданина Империи:
Ну вот, всё хорошо.
Подчиняясь «Эволюту», крышка медкарсулы открылась, и я выбрался наружу. Чтобы сразу увидеть спящую рядом, на кушетке, Ладу. Свернувшись калачиком, она подложила руки под щеку, и крепко спала. Так, а вот и моя одежда на стуле, и средство связи на шкафчике. Это нам нужно.
— Деймос, Арми — доклад. — произнёс я, прикрыв за собой дверь.
— Командир! — раздался в ухе радостный голос варвара. — Наконец-то! А главное, как вовремя! У нас тут старый знакомый прибыл, от его светлости герцога Огнева. Спрашивает, почему, когда он прилетает на Акваду, глава рода постоянно находится без сознания?
— Передай, что встречусь с ним через час. — я мысленно пожелал узнать, сколько был без сознания. Ох ты ж! Двое суток! — Нет, через три часа.
С Ладой пришлось мириться. Ох и ругалась она за мою выходку. Оно и понятно — бежишь с другом наперегонки, и в конце забега видишь его бесчувственное тело. Я бы тоже рассердился.