— Меня зовут Мордэкай Иллэниэл. Я здесь, чтобы вернуть мою собственность и идти своей дорогой. Отступите, и никто не пострадает, — громко сказал я им.
— Я так и думал, — ответил он, прикрывая глаза от сияния посоха. — Окружить предателя! — приказал он.
Этого я ожидал: «
Моё заклинание не наносило физических повреждений, но это едва ли было необходимо. Паникующие лошади затоптали нескольких всадников, в то время как остальные трудились подняться на ноги. Лошади без седоков разбежались во всех направлениях — некоторые, всё ещё слепые, врезались в здания. Я бы засмеялся, но я видел, что некоторые лежавшие на земле люди не двигались. Те, что двигались, шевелились вяло, ослеплённые и дезориентированные. Я погрузил их в сон. Это казалось милосердием.
Пенни кричала на меня, но её трудно было услышать. Я снова забыл защитить нам уши.
— Почему ты просто не погрузил их всех в сон с самого начала? — заорала она.
Я покачал головой:
— Я не думаю, что смог бы охватить сразу столько народу, — закричал я в ответ.
В прошлом я ни разу не погружал в сон более пяти или шести человек за раз, хотя, наверное, смог бы справиться с десятью. Я оглянулся на повозки — они остановились у ворот. Все пялились в нашем направлении. Я едва ли мог их винить. Я начал махать руками, указывая на ворота:
— Шевелите задницами! Это не спектакль, не тратьте время впустую! — закричал я.
Это снова привело их в движение. Я мог лишь надеяться, что у нас хватит времени на то, чтобы увести повозки до прибытия остальной части гвардии. Я заметил свет, заструившийся через закрытые ставни окон вдоль улицы напротив дома герцога. Я, наверное, разбудил всех в радиусе полумили.
Когда последняя повозка миновала ворота, Джеймс закрыл и запер их на засов. Я кивнул ему, и пошёл дальше — мне нужно было скорее зайти в здание склада. Первая повозка уже ждала у больших двойных дверей, когда я туда добрался. Рядом с ней стоял Джо.
— Забирайся обратно на эту долбаную повозку! — грубо сказал я ему.
— Мне нужно остаться, чтобы заставлять возчиков двигаться, — возразил он.
— Это могут делать Пенни и Джеймс — мне нужно, чтобы ты поднял ополчение. Всё это может занять время, и мне понадобятся люди, которым я могу доверять, чтобы удерживать людей короля по ту сторону стены, — указал я на стену, окружавшую городское поместье герцога.
Вопреки наилучшим стараниям Джо, повозки заполнили двор беспорядочной массой из людей и лошадей. У нас могло уйти больше часа на то, чтобы вывести их всех.
Джо забрался обратно в повозку, и завёл её внутрь склада. Там, посреди открытого пространства, был большой круг диаметром более тридцати футов. Изначально я начертил его мелом, но знание того, что по нему будут прокатываться повозки, заставило меня опасаться, что он будет повреждён. С помощью посоха я аккуратно прошёлся по каждой линии и каждому символу интенсивной огненной полосой. Теперь круг был глубоко вытравлен в каменном полу.
Мы с Пенни встали рядом с повозкой, когда Джо расположил её внутри круга. Если бы я прыгнул без неё, то мы бы умерли прежде, чем осознали, насколько ошибочно с нашей стороны было отдаляться друг от друга на многие мили. Я очистил свой разум, и направил энергию в круг, активируя начертанные символы.
На тревожный миг мне показалось, что я потерпел неудачу, пока я не осознал, что стены здания вокруг нас теперь были деревянными, а не каменными. Мы были внутри сарая, который я приготовил в Уошбруке. Я быстро сказал Джо:
— Выводи повозку наружу, а потом иди искать Дориана. Я хочу, чтобы как можно большее число ополченцев было вооружено и готово, когда я вернусь. Убедись, чтобы никто не стоял в кругу. Мне нужно, чтобы ты выгонял их из сарая как можно скорее по мере прибытия каждой повозки.
— Без проблем, парни будут здесь к тому времени, как вы вернётесь, — заверил он меня. Я искренне в этом сомневался. Потребуется по крайней мере пятнадцать минут или больше, чтобы растолкать горожан.
Как только повозка выехала из круга, я снова сконцентрировался, и мы опять оказались на складе герцога. Джеймс с сомнением пялился на нас из дверного проёма:
— Ну, похоже, что твоё заклинание работает. Я наполовину ожидал, что оно может вас убить, — сказал он.
Я поднял руки: