Мы сидели на двух высоких скакунах рядом с усадьбой Лорда Арундэла. На мощёной террасе за домом был вытравлен большой круг. Я создал их несколько штук по всей долине. Имея диаметр в пятнадцать футов, они были достаточно большими, чтобы позволить мне перенести как нас самих, так и наших лошадей. Не имея доступа к каким-то способам обозревания долины получше, я поставил их в местах, которые, с моей точки зрения, могли оказаться полезны для наблюдения за противником. Соответствующие им круги были размещены в большом сарае, который мы построили рядом с конюшней Замка Камерон. Мне будет необходима хорошая информация о позициях противника, чтобы наиболее эффективно использовать мои железные бомбы.
Я перенёс нас туда, зная, что солдаты Гододдина уже будут проходить мимо Арундэла… или пытаться его разведать. Была высокая вероятность того, что они отклонятся от дороги, чтобы увериться в том, что никакие враги не ждут во владениях барона возможности напасть на них с фланга. Выезжая из-за дома, я заметил двух верховых в переднем дворе — их глаза расширились, когда они увидели нас.
На миг я подумал, что они бросятся на нас, но, будучи разведчиками, они пришпорили лошадей и поехали прочь. Я предположил, что информация была важнее схватки с неизвестным врагом. Я спешился, и поднял с земли два камня. Всадники были в менее чем сотне ярдов от нас. Слово и резкий выдох послали камни в полёт следом за ними. После того, как разведчики упали из сёдел, их лошади продолжили скакать. Их я решил отпустить, так они передадут сообщение от меня.
Я заметил, как Пенни наблюдает за мной.
— Ты кажешься довольно спокойным, — заметила она.
— Нет смысла накручивать себя из-за двух человек. Позже у меня будет кое-что гораздо худшее, за что искать искупления, — холодно ответил я.
— Мне не нравится то, что с тобой происходит, — сказала она.
Я снова сел верхом, и подъехал поближе к ней. Наклонившись, я поцеловал её.
— Я люблю тебя, Пенни, но не важно, что случится со мной. Сожалеть о своих действиях долго мне не придётся.
Она заскрежетала зубами:
— А что, если я ошибалась?
— Ты думаешь, что ошибалась? — гладко спросил я.
На это она не ответила, поэтому миг спустя я повернул свою лошадь, и мы поехали к дороге. Я хотел увидеть реакцию, которую вызовут лошади без седоков. Пока мы ехали, я перепроверил щиты, окружавшие Пенни, меня, и наших лошадей. События годичной давности преподали мне ценный урок насчёт защиты моей лошади.
Мы покрыли большую часть мили, отделявшей Арундэл от основной дороги через долину, когда углядели противника. Они маршировали в нашу сторону по пятеро в ряд, с небольшими группами кавалерии, растянувшимися с боков.
— Что теперь? — спросила меня Пенни.
Я засмеялся на этот вопрос, и сделал то, что казалось самым естественным. Привстав на стременах, я с широкой улыбкой на лице начал махать приближающимся солдатам. Они остановились, и я увидел, как их командир приказал арбалетчикам выйти вперёд.
— Пора ехать, — сказал я Пенни. Мы развернулись, погнали лошадей в Арундэл. Пока мы ехали, несколько болтов пролетело мимо, но расстояние было слишком большим, чтобы у них были хорошие шансы в нас попасть. Брошенный через плечо взгляд показал мне, что их кавалерия решила нас не преследовать.
Они, наверное, думали, что это ловушка. Я не мог их за это винить.
Мы вернулись в Камерон сразу же, как только достигли круга в Арундэле. Оттуда мы переместились через другой круг в точку долины, расположенную по другую сторону от дороги, где та проходила мимо земель барона. Я был осторожен, выбрав место чуть дальше полумили от дороги. Больше всего я боялся разместить где-то круг, а потом воспользоваться им, и оказаться в рядах противника.
Оттуда нам хорошо была видна колонна солдат. Она уже тянулась от места, где дорога выходила из гор, через весь Арундэл. Я видел, что последняя часть колонны состояла из повозок и тех, кто, по моим предположениям, являлись маркитантами. Это значило, что колонна солдат была длиной почти в пять миль.
— Чуть больше тридцати тысяч человек, — подумал я вслух.
Бросив взгляд на Пенни, я увидел, что она глазела на них с открытым ртом. — Ты в порядке? — спросил я.
— Их так много, — тихо сказала она.
— Не важно, — напомнил я ей. — десять, двадцать, тридцать… это значит лишь, что их умрёт больше.
— Прекрати, — ответила она.
— Что прекратить?
— Прекрати притворяться, что это не важно. Ты чертовски хорошо знаешь, что тебя это волнует, — сказала она мне.
— Я не могу себе позволить притворяться иначе. Я должен сохранять твёрдость сердца. В противном случае я потеряю решительность, — упрямо сказал я.
— Но все эти люди… у них наверняка есть семьи, близкие, их кто-то ждёт, — сказала она.
— Закрой… рот, — тихо сказал я. К счастью, она так и сделала. Мы смотрели, как они выстроили защитный рубеж на дороге, которая вела к Уошбруку и Ланкастеру, в то время как основная колонна продолжила движение вглубь Арундэла. Они удостоверялись в том, что на них не нападут исподтишка, пока они захватывают земли барона. Миновал час, пока мы тихо за ними наблюдали.
