В эту минуту свисток оглушительныйВзвизгнул — исчезла толпа мертвецов!«Видел, папаша, я сон удивительный, —Ваня сказал, — тысяч пять мужиков,Русских племен и пород представителиВдруг появились — и он мне сказал:«Вот они — нашей дороги строители!..»Захохотал генерал!— Был я недавно в стенах Ватикана,По Колизею две ночи бродил,Видел я в Вене святого Стефана,Что же… все это народ сотворил?Вы извините мне смех этот дерзкий,Логика ваша немножко дика.Или для вас Аполлон БельведерскийХуже печного горшка?Вот ваш народ — эти термы и бани,Чудо искусства — он все растаскал! —«Я говорю не для вас, а для Вани…»Но генерал возражать не давал:— Ваш славянин, англосакс и германецНе создавать — разрушать мастера,Варвары! дикое скопище пьяниц!..Впрочем, Ванюшей заняться пора;Знаете, зрелищем смерти, печалиДетское сердце грешно возмущать.Вы бы ребенку теперь показалиСветлую сторону… —
IV
«Рад показать!Слушай, мой милый: труды роковыеКончены — немец уж рельсы кладет.Мертвые в землю зарыты; больныеСкрыты в землянках; рабочий народТесной гурьбой у конторы собрался…Крепко затылки чесали они:Каждый подрядчику должен остался,Стали в копейку прогульные дни!Все заносили десятники в книжку —Брал ли на баню, лежал ли больной:«Может, и есть тут теперича лишку,Да вот поди ты!..» Махнули рукой…В синем кафтане — почтенный лабазник,Толстый, присадистый, красный, как медь,Едет подрядчик по линии в праздник,Едет работы свои посмотреть.Праздный народ расступается чинно…Пот отирает купчина с лицаИ говорит, подбоченясь картинно:«Ладно… нешто… молодца!.. молодца!..С Богом, теперь по домам, — проздравляю!(Шапки долой — коли я говорю!)Бочку рабочим вина выставляюИ —недоимку дарю!..»Кто-то «ура» закричал. ПодхватилиГромче, дружнее, протяжнее… Глядь:С песней десятники бочку катили…Тут и ленивый не мог устоять!Выпряг народ лошадей — и купчинуС криком «ура!» по дороге помчал…Кажется, трудно отрадней картину Нарисовать, генерал?..»
