Идиотизм, как и любое качество человека, имеет способность к саморазвитию. Поэтому мы легко осваиваем практику ежедневного запугивания самих себя. Нас этому в школе научили: плюнул не в ту сторону — сразу нотация: «Позоришь класс, город, Родину. Теперь куры дохнут и кролики не плодятся». Страшные перспективы надежно закрепляли «Дети подземелья».
Когда, впоследствии, все же становимся людьми успешными, нам то и дело приходит в голову мысленно полежать в гробу при малейшей задержке кредита. Странно, что мы имеем наглость удивляться приговору онколога. Как будто еще не привыкли видеть собственную смерть в каждом налоговом инспекторе. Энергия идет вслед за мыслями. Реальность всегда обретает формы надуманного. Теряя чувство юмора, мы остаемся наедине с мнительностью, которая пожирает нас скорбными умозаключениями.
Когда в цирке падающий клоун вызывает смех, мы понимаем, что разбитый нос — это смешно. Счастливчики с этой установкой никогда не расстаются — они видят клоунаду в потере кошелька, изменах жены и ценах на бензин. А также могут понять Котовского, «который за час до казни тело свое граненное японской гимнастикой мучил».
Выбирая качество мыслей, мы определяем качество жизни. Тяжелый внутренний монолог рождает грустных рогоносцев, умирающих на дуэли. А натренированный оптимист, весело развратничая, делает карьеру Цезаря.
Постоянная радость требует постоянных упражнений. Отслеживая ход собственных мыслей, нужно научиться отбрасывать любые негативные формулировки, не позволяя им занимать сознание более 30-ти секунд. Рецидивы будут случаться все реже. Утратив питательную почву, негативные мысли и чувства постепенно отомрут, и любое событие будет представляться опьяняюще веселым зрелищем.
Однако подобное достижение может быть разрушено простым попустительством. Стоит неосмотрительно впасть в раздражение и оправдать его подходящей формулировкой, как тотчас в голове выстраиваются декорации всеобщего свинства — в душу начинают проникать сомнения. Затем приходит грусть, тоска и белая горячка. Поэтому бдительность — лучший союзник хрупкого мозга в борьбе за душевный комфорт.
Истинный художник знает, что мыло — это не для убийства бактерий. Только его ранимой душе подвластна ценность чердачного полумрака, экологически чистой хлопчатой веревки и старого, хромоногого кресла.
Умение покончить с собой присуще исключительно человеку. Попытка разделить нечто подобное с китами научно не обоснована. Просто нам не хочется оставаться в одиночку с одним из величайших достижений человеческого разума.
Все поползновения объяснять суицид слишком заужены и не отражают его истинных масштабов. Наивно полагать, что самоубийство — это проблема отдельных радикально удавившихся граждан. Практически, каждый из нас имеет к этому прямое отношение. Нельзя найти взрослого человека, не испытавшего желания наложить на себя руки тем или иным способом. Мы не только позволяли себе думать над этим, но даже многократно смаковали эту мысль, особенно в подростковом возрасте, когда делали массу принципиальных открытий по мировоззренческим вопросам.
Это время счастливых эстетов. Здесь можно было ощущать себя планетарным явлением, где неразделенная любовь, разрастаясь до космических масштабов, служит подходящим мотивом для величественной трагедии. Подросток — это вывернутые наружу рецепторы. Активно контактируя с миром, он легко идет на самоубийство как на эротически насыщенное, эстетически привлекательное волевое действие. То есть речь идет о том, что представляется красивым и необходимым настолько, что многие подростки, не желая расставаться с этим, стремятся пережить множество дублей так называемых неудавшихся самоубийств. Чуть позже, заметно огрубев, они перестанут развивать полюбившуюся тему. Только самые талантливые из них останутся верными своим вкусам.
Социальные трудности здесь, конечно, ни при чем. Африка представляет собой сплошную социальную рану, однако вешаться там не принято. Тяга к самоубийствам — это привилегия развитых и утонченных наций.
Чем выше уровень развития, тем больше народа лезет в петлю. В бывшем СССР рекордсменами были прибалты, в Европе — датчане, финны, венгры, в Азии — японцы. Чтобы скрыть истину, хитроумная суицидология объявила угрофинскую группу генетически склонной к самоубийствам, что следует расценивать как откровенный, махровый расизм, отрицающий возможность других народов подняться в своем развитии до высоких культурных планок.
Простому человеку нелегко сделаться римским патрицием, демонстративно вскрывающим себе вены. Для этого нужно родиться в благопристойной семье, учиться музыке, чистописанию, истории, философии, живописи, искусствоведению, — тогда, глядишь, и русская рулетка станет доступным и понятным развлечением. Но, если воображение дальше кукурузного поля не летает, повиснуть на перекладине — шансов маловато.
