Мы выпили водки, пустив бутылку по кругу, помянули Сергея Ивановича. Темнело. Аптекарша закрыла свою аптеку и пробралась мимо нас.
– Вот, – сказал мужчина, – домой спешит, скоро восемь, включит телевизор.
Раздался вдруг звон стекла. Кто-то бросил камень во второй этаж, в широкое окно поссовета.
– Дураки, – сказал мужчина.
Загудела сигнализация.
Через несколько минут на площадь медленно въехала черная машина. Толпа расступилась. Задняя дверца с правой стороны отворилась, из машины вышел усталый невзрачный человек. Посмотрел запавшими глазами.
– Что вы тут? – спросил. – Стекло выбили. Зачем это? Что вы этим хотите? Чем стекло виновато? Чем я виноват? Как дети.
– От бессилия, – сказал мужчина. – Люди не знают, что делать. Как нам вообще всем быть?
– Как быть? – Мужчина оглядел стоящих рядом с ним медленным взглядом. – Я вам скажу. Очень просто. Не смотрите.
Оглядел толпу и повторил:
– Не смотрите.
