– Постой, – он остановился посреди дороги. – Если все это был только сон, тогда как же я оказался здесь?
Вопрос повис в воздухе.
– Неужели и впрямь это было наяву? Рассказать – никто не поверит! Но это значит, что мне нужно принять какое-то решение. Остаться или…
Он дошел до остановки; женщина, стоявшая там, увидев человека, говорящего с самим собой, шарахнулась от него как от сумасшедшего. Но Ковалев, поглощенный раздумьем, не замечал ничего вокруг себя.
– Решение… Принять решение. Но какое?
Вскоре к остановке подъехал автобус, и он, не глядя, сел в него, продолжая свои размышления.
– Это значит, я должен буду все бросить. Свою работу, квартиру… Что еще? Жизнь, к которой привык. И которую ненавижу. Это правда! Раньше я не хотел признаваться в этом даже самому себе. Но теперь у меня есть выбор. Да-да, – с воодушевлением проговорил он, но, оглянувшись по сторонам, заметил, что приковал к себе взгляды всех пассажиров этого автобуса, и замолчал.
Остаток пути наш герой проделал, ни слова не говоря: продолжал рассуждать про себя. Это там, на дне морском, он мог высказывать мысли вслух, а здесь, среди обычных людей, лучше их держать при себе…
Добравшись до станции метрополитена, Андрей Ковалев спустился в подземку, и толпа, в которой он оказался, вскоре втиснула его в первый пришедший поезд. После пересадки он вышел на станции Павелецкой и вскоре оказался на автостоянке рядом с вокзалом.
Да, автомобиль стоял на том самом месте, где он его оставил!
Теперь, сев за руль, он выехал с автостоянки, направляясь в сторону делового центра. Но, не доезжая до него, повернул обратно.
В этот миг Андрей понял, что работать не сможет, пока все еще раз, как следует, не обдумает. И тогда, остановившись у ворот одного из городских парков, он долго бродил по аллеям среди деревьев, роняющих листву, шурша ею под ногами. Перед его мысленным взором длинной вереницей мелькали события его детства, молодых лет, – в общем, жизнь проносилась перед его глазами. Он видел свою жену, свадьбу, автокатастрофу, гроб с телом и т.д., и т.п. Наконец, он вспомнил другую женщину, которая внушала ему уважение.
«Вера… Она – настоящий человек», – думал он. Эта женщина оказалась той соломинкой, за которую пытался ухватиться утопающий. Ковалев нашел ее номер в своем телефоне и позвонил ей.
– Алло, – услышал он знакомый голос.
– Вера, здравствуй. Это Андрей тебя беспокоит.
– Андрей? Привет. Что-то давно тебя не было слышно! Как поживаешь?
– Все в порядке. Не разбудил я тебя?
– Нет, все в порядке. Ты в Москве или опять в командировке?
– Только что вернулся. Мне нужна твоя помощь…
– Помощь?
– Ну, в общем, хотел с тобой посоветоваться.
– О чем?
– Есть одно дело. Но лучше не по телефону. Как ты посмотришь на то, если на выходных я заеду к вам?
На мгновенье повисла тишина.
– Вера?
– Мы всегда тебе рады, Андрей, – не сразу ответила женщина. – Ванька недавно спрашивал о тебе… Так что… В общем, будем ждать.
– Хорошо. Тогда я, как возьму билет, позвоню.
Из парка он отправился на Казанский вокзал и в тот же день сел на поезд до Самары. На другой день под вечер на железнодорожном вокзале его встречала молодая опрятная и привлекательная женщина, которая когда-то была танцовщицей в ночном клубе, а затем стала настоящей «бизнес-вумен»: открыла собственное дело, а, кроме того, занималась благотворительностью. К слову, поворот в ее жизни оказался возможен, благодаря деньгам, что оставил покойный муж. Но самое дорогое, что он ей подарил, был сын, которому тогда исполнилось четыре года.
Ковалев сошел с поезда на платформу. Вера, улыбаясь, приблизилась, обняла его и поцеловала в щеку по-дружески.
– Как дорога?
– Неплохо.
– Ну, идем.
Они вышли из здания вокзала на площадь. Вера привела его к тому месту, где оставила свою машину.
Автомобиль катился по грязноватым самарским улицам. Женщина сидела за рулем, глядя на дорогу. Ковалев был рядом. Они долго молчали.
– Как мама поживает? – спросил, наконец, он, тотчас попав в самое больное место.
– Мама? – вздохнула Вера, побледнев. – Она умерла… полгода назад.
Андрей изменился в лице.
– Прости. Я не знал. А что ж ты не позвонила? Я бы приехал…
– Не хотела беспокоить, – пожала плечами Вера.
– Какие же беспокойства? В те дни тебе нужна была поддержка, а ты была совсем одна.
– Ну, почему одна? – улыбнулась Вера, и Ковалев насторожился. – Со мной – Ванька!
– А, ну, да, – выдохнул он. – Значит, болезнь ее все-таки…
– Да, пять лет боролась, – со слезами на глазах проговорила Вера. – И вот, ее не стало…
– Это неизбежность, – тихо проговорил Ковалев.
– Что, прости? – покосилась на него Вера.
– Сочувствую тебе, – поправился он.
– Спасибо, – грустно улыбнулась женщина.
– Я вам там кое-какие подарочки привез, – неловко проговорил Ковалев, стараясь спасти положение. – Вам с Ваней… Кстати говоря, как он?
– Да вроде ничего. Только недавно перенес простуду.
– Ну, дети часто болеют.
– Врачи говорят, у него ослабленный иммунитет или что-то в этом роде.
– Ну, тогда нужно больше витаминов, – кушать фрукты, овощи…
– Ну, да, – как-то невесело улыбнулась Вера. – Ну, а ты что, еще не надумал жениться?
