Но мама не ответила на его вопросы, а сразу перешла в атаку: «Надеюсь, что на этот раз ты не станешь меня убеждать, что задержался на наряде у председателя колхоза. Поэтому я и мерзла на улице и следила за домом этой горожанки, чтобы лично убедиться, что ты был у нее! Когда ты вышел оттуда, то я поняла, что эта паршивая интеллигентка успела вскружить твою дурную голову! Правда, в темноте не могла определить, провожала ли тебя твоя накрашенная краля. Или она не считает за честь провожать своего очередного любовника?! Но в одном я уже убеждена: ты, как кобель, разнюхал, что там пахнет женщиной легкого поведения и поспешил на запах женской юбки! После вечернего наряда у председателя колхоза не торопишься домой к ожидающей тебя с беспокойством матери, как поступал всегда, а бежишь к этой интеллигентной учительнице! Ну а как же иначе может быть? Мама нужна только тогда, когда голодный малыш сосет ее грудь. А теперь, когда сынок стал уже взрослым мужчиной, ему милее какая-то дамочка, которая позволяет сыночку насладиться ее теплым женским телом. И только удовлетворив свой животный инстинкт, ты соизволил явиться к матери. Но ты так поступаешь, потому что знаешь мое мнение об этой потаскушке. Пока не решаешься остаться у нее на всю ночь, чтобы сильно не беспокоить свою родительницу. Но так долго продолжаться не может! Зачем играть в две игры? Давай выбирай: или мама, или дама! Я заранее знаю, что ты выберешь дамочку, потому что моему сыночку, которому уже двадцать четыре года, нужна женщина. Я это понимаю. Как мать даже радуюсь, что у моего сына проснулся дух будущего отцовства. Но в таком случае женись на хорошей девушке из нашего села и наслаждайся любовью с законной женой! А ты что делаешь? Прилип к попе непутевой женщины, которая бессовестно тебе ее подложила! Учти, сынок, поступая так, ты допускаешь подлость. Ты же прекрасно знаешь, что твоя мать готова сдохнуть, но горожанку в свой дом не пустит. Мне не нужна ленивая интеллигентка в доме. Я не собираюсь повторять «подвиг» Дроновых, над которыми и сегодня смеется все село. Поэтому предупреждаю: я своего мнения не изменю! Если хочешь, прислушайся к своей матери и оставь в покое эту податливую учительницу. А если она тебе мила, то, пожалуйста, перебирайся к ней и живи там. Привязывать тебя к нашему дому веревкой не собираюсь, потому что знаю, что мужчина, как и кобель, сорвется с цепи, но свою суку навестит. Поступай как знаешь. Но знай, что ты идешь против воли своей матери, которая тебя вырастила без отца. Я пожертвовала своей молодостью ради тебя, чтобы ты не был изгоем в чужой семье. А теперь, когда ты стал взрослым мужчиной и познал женщину, могу тебе признаться, что мне нелегко это давалось. Ведь я тоже живой человек! Как все женщины в молодые годы, я тоже нуждалась в мужской ласке! Я ведь не каменная! Но со своей похотью справилась сама для того, чтобы сберечь своего единственного сыночка от злобных чужих взглядов. А он сегодня преподносит мне хороший сюрприз!. И ради чего? Ради какой-то податливой шлюхи готов плюнуть на мнение своей матери. Очень хорошо поступаешь, сынок! Когда сосал молоко из моей груди, тогда мама тебе была нужна! А когда тебе позволили поцеловать чужую женскую грудь, видите ли, тогда мамка больше не нужна? Кому де нужна эта старая ведьма? Если она мешает сыночку удовлетворять свои сладострастные желания!» Не выдержав больше сильного нервного напряжения, мать Алексея снова заплакала.
Он не стал ее успокаивать. Да и не смог бы это сделать потому, что был ошарашен ее грубостью. Ему не было стыдно за мамину грубость, но было обидно, что в ее выводах не было и капли правды. Ведь ничего подобного и в помине не было. Но как объяснить своей родной матери, что ни к какой юбке он не прилипал, а теплая попа податливой женщины ему пока и не снилась. И как доказать ей, что он не какой-то легкомысленный бабник и никогда не станет связываться с потаскушкой, потому что он правильно воспитан своей матерью. А его отношение к женщине, в которой он на самом деле нуждался, до сих пор была только на порядочной основе. И так будет всю жизнь. Поэтому до боли было обидно от того, что его мама, не разобравшись, поддавшись злости, плохо отзывалась о девушке, которую он любил. Эта девушка пока не позволяла ему даже поцеловать себя, а не то чтобы сразу подложить ему свое теплое тело. Злой бред и больше ничего. Подождав немного, чтобы мать успокоилась, он вытащил из кармана свой носовой платок, встал, подошел и вытер слезы с лица матери. Снова сел на прежнее место и сказал: «Прошу тебя, успокойся». На что мать ему грубо ответила: «Не надо подлизываться! Этим не купишь свою оскорбленную до глубины души мать!» По дрожащему голосу чувствовалось, что мама снова готова заплакать. Терпение сына лопнуло.
