Эта книга написана на реальных фактах. Герой книги Олег Грачёв по кличке Дорогой по натуре авантюрист, умеющий фантастически играть в карты. Он любил наказывать с помощью этого занятия злобных и алчных людей. Где бы он ни работал, по причине своего сложного характера нигде не уживался, так как всегда считал себя правым.
Эта книга написана на реальных фактах. Герой книги, Олег Грачёв, отбывший шестилетний срок в заключения перенял от известного картёжника Паштета шулерские приёмы всех азартных игр. Которые он успешно применял на свободе. По натуре Олег был авантюристом, он наказывал на картах алчных и злобных людей. По причине своего сложного характера, нигде не уживался в местах, где бы он не работал. Но всегда находил в своих действиях правоту и смысл жизни, как и его окружение, — считавшие его правильным и порядочным человеком. В книге много своеобразного юмора.
Владимир Козлов — родился в 1950 году в городе Горьком, ныне Нижний Новгород. Работал строителем, матросом на Севере, тренером. Руководил спортом на самом крупном электрометаллургическом комбинате Европы. Автор трилогии Горькое молоко, Хвост фюрера, Сестра Морфея, Розы для Магистра и многих других произведений.
В это утро Олег Грачёв встал с постели и, не умываясь, зашёл в кухню. Выпив стакан кипячёной воды из керамического кувшина, его взор упал на календарь, висевший над маленьким холодильником «Морозко». Дата там стояла 12 июня. Сорвав листок прошедшего дня, и увидав последующее 13 число, он от досады скомкал отслуживший календарный лист и бросил его в открытое настежь окно. Он считал себя закоренелым атеистом, но с суеверием тесно дружил. Даже если голубь — сизарь будет переходить ему дорогу, он всё равно сплюнет через левое плечо, не говоря уже о кошках. Для него число 13 — это недобор, а вот 21 или 33, 36, это было в цвет!!! Это были лучшие очки в его картёжной жизни. Олег по кличке Дорогой хоть был и молод, но известность быстро приобрёл в определённых кругах.
Он слегка потянулся и с радостью вспомнил, что июнь на исходе и начал отрывать один за другим листки календаря. Дойдя, до двадцать восьмого июня он остановился и вспомнил, что сегодня кобелю Цветка, кавказцу Ашоту исполняется восемь лет.
— Надо сегодня начинать отмечать, — сказал вслух Дорогой. — Эту цифру двадцать восемь необходимо сегодня вспрыснуть. Все серьёзные дела по боку!
Он прошёл в спальню и, опустив руку в карман рубашки, извлёк оттуда несколько купюр. Пересчитав деньги, он понял, что этой суммы будет вполне достаточно, чтобы все намеченные планы по корректировке собственного календаря свести к исполнению. Дорогой приятно улыбнулся и стал названивать своим друзьям, Мартыну и Цветку.
Их уговаривать, долго не пришлось. И уже через час в середине фруктового сада, где груши и яблони, дразня своими не доспевшими, но уже вполне розовыми плодами, он приютился со своими друзьями начиная выполнять свой намеченный план. Ароматного запаха от фруктов по причине их не спелости не исходило, но всё равно приятно было себя чувствовать в этом райском саду. Тем более ветки от изобилия румяных плодов, были максимально преклонены к земле. А некоторые ответвления яблок беспардонно прикасались к разбушевавшимся завязям, переплетённых огурцов, будь — то, предлагая создать общую демографию фрукта с овощем. Лето в этот год выдалось неимоверно жарким. Для Олега Дорого этот климат, был родным. Но находясь шесть лет за северным полюсом, он отвык от него. Ежедневная сильная жара допекала его так, что он порой опускался в холодный погреб, что бы там подышать камковым льдом. С утра после холодного душа он себя чувствовал хорошо, но после одиннадцати часов его тело будто подменяли. К нему подкрадывался упадок сил, а продолжительный и донимающий его спокойствие звон в ушах, подталкивал к необъяснимой тревоге. Жажда от жары не покидала его желаний к обильному питью. Выручало всё, что содержало много воды, но больше предпочтения он отдавал вину, особенно сухому. От умудрённых жизнью людей он знал, что в тропиках только это вино спасало от жары советских моряков и строителей. На себе он это сразу испытал, как только освободился из колонии строгого режима. Выпил стаканчик и незаметно все тревоги и жажда покидали его. Он частенько задумывался о смене местного климата, считая, что именно он пагубно влияет на его организм. Хотя бы эту жару пересидеть в более суровом климатическом регионе. Иногда хотелось плюнуть на всё и быстрее упорхнуть к белым медведям, но тут сразу же подкрадывалось смятение, и внутренний протест ему нашёптывал. «Не забывай про мать»!!!
