Количество участников боевых действий в 1979–1989 гг. в Афганистане разными источниками оценивается приблизительно в 550–600 тысяч человек. Пятьдесят туда, пятьдесят сюда! А призывали по одному, да со всеми данными. Но войне наплевать, кто на ней и сколько! Этот монстр живет по своим законам, но в полном согласии с действующими законодателями.
Приемы психологического воздействия на противника известны издревле. Ветхозаветные евреи гудели в трубы и били горшки у стен Иерихона, древние греки оставляли персам сообщения об отравленных колодцах, скифы дразнились оскорбительными письмами, славяне просто бранились, доводя противника до неадекватного состояния и т. д.
В Афганистане психологической войной, или – официально – специальной пропагандой, занималась немногочисленная, но весьма интеллигентная группа офицеров. Их работу направлял отдел в ТуркВО и соответствующее управление в Москве, в Главном политическом управлении СА и ВМФ.
Особенностью этих офицеров было знание языков (дари, пушту, урду, английский), этнографии, тихое и скорбное осуждение бессмысленных обстрелов населенных пунктов, где душман не ночевал, и прочие интеллигентские штучки. Они вызывали особое внимание у «особистов», поскольку постоянно якшались с афганцами.
Боевыми формированиями спецпропаганды были армейский агитационно-пропагандистский отряд в Кабуле и агитотряды дивизий. Примечательно, что еще в 1982 году эти отряды именовались БАПО (Боевые агитационно-пропагандистские отряды), но позже за ними закрепилась аббревиатура АПО.
Выполняя самостоятельные задания, АПО были непременными участниками всех дивизионных и армейских операций. Их разве что не брали в засады, ночные рейды и на перехват караванов. Отрядам придавались медицинские бригады для оказания помощи местному населению. Каждый АПО имел небольшую концертную бригаду (узбекские, таджикские песни). В задачи АПО входили доставка и распределение гуманитарной помощи (носильных вещей и продовольствия) населению. Сложный во всех отношениях момент. Мешок сахара – сто пятьдесят литров браги!
Техническое оснащение было несложным. Громкоговорящие установки на бронетранспортерах (дальность вещания 5–7 км), киноустановки дневного показа, агитационные мины и снаряды, реактивные патроны, наподобие сигнальных, куда вкладывались листовки. О последних стоит сказать подробнее.
С грамотностью населения в Афганистане было худо. Но это не мешало «залистовывать» тысячи гектаров миллионами «серых», «белых» и «черных» клочков бумаги, раздавать сотни тысяч брошюр с биографией Ленина, Брежнева и очерками о бескорыстной помощи СССР. Брошюры печатались преимущественно в Москве, а листовки – в Ташкенте и на базе дивизионных типографий 40-й ОА.
Листовки:
– распространялись из рук в руки;
– разбрасывались в движении (это был самый опасный вариант агитации – бачата буквально бросались под колеса и гусеницы);
– сыпались на головы афганцев вместе с увесистыми элементами агитснарядов;
– рассеивались с вертолетов.
Враги революции изображались на листовках в суровом карикатурном обличье (собаки, петухи, змеи), окруженные развратом, грязными американскими «кальдарами» (долларами) и оружием. Мирное население постоянно трудилось в поле и пасло овец размером с ослов. Защитники Апрельской революции, похожие на японских андроидов, стояли на границе с автоматами Калашникова.
«Белые» листовки содержали призывы к миру, «серые» – немножко врали о победах над врагом где-то рядом, «черные» – сообщали о немыслимых пороках, предательстве, двурушничестве и святотатстве известных полевых командиров и лидеров вооруженной оппозиции. Практически все листовки с угрозой применения военной силы подписывались от имени афганской армии, редко: «командир советской воинской части».
Текст общеполитической («белой») листовки на население ДРА (лето, 1983 г.): (на лицевой стороне рисунок в зеленой рамке: контур (черным) Афганистана, в нем условные изображения объектов (с подписями, если не разберутся, что означает реторта, якорь или плотина), построенных при помощи СССР. Перевод с дари)
