Родная для него (СИ) полностью

— Ладно, – соглашается она. – Только мне надо переодеться.

— Хорошо, но как только переоденешься, жду внизу.

— Я мигом! – произносит и скрывается в гардеробной.

К моему возвращению на первый этаж, стол уже был накрыт. Завидев меня, Ян встаёт и сразу же спрашивает.

— Где она?

— Переодевается, – отвечаю я.

Не успеваю дойти до стола, как…

— Ян! – доносится за моей спиной и затем, чуть не сбив меня с ног, Соня несётся на парня. Повисает у него на шее и визжит. – А-а-а-а!

Впервые вижу её такой. Весёлой. Счастливой. Не обиженной. Меня пробиваю эмоции. В душе рождается непонятное чувство ревности.

Хотя очень даже понятное. Со мной Соня так себя не ведёт. Ну, конечно, ведь она знает меня всего несколько дней!

Оторвавшись от Яна, девушка подходит ко мне и обнимает.

— Спасибо! – еле слышно произносит, и меня прошибает током. Все внутренности внутри меня замирают на какой-то миг и в тот момент, когда её руки обхватывают меня полностью, чувствую какое-то душевное спокойствие и уют.

Нет никого! Только я и она. Моя дочь…

Она сказала мне спасибо… И обняла.

— Давайте обедать, – радостно приглашаю.

Меня распирает от счастья. Улыбаюсь так, что аж скулы сводит. Даже мои люди, что изредка заходят, шарахаются от выражения моего лица. Редко меня таким видят.

Нет, вы не подумайте, я иногда улыбаюсь. Только впервые улыбка исходит от самого сердца.

Когда мою годовалую племянницу перевезли ко мне, я стал отдавать всего себя полностью ей. Относился к ней, как к собственной дочери. Глушил боль от потери дочери Машей. Но племянница не заменила мне родного ребёнка.

Но люблю я Марию больше всех, не считая Лизы-Сони.

За обедом Ян и Соня, не переставая, болтали, шутили, переглядывались, а я молча наблюдал и радовался. Сейчас я понял, что Ян для неё родной, а я чужой. И если я хочу завоевать место в её сердце, то мне нужно принять тот факт, что в нём я буду не один и поделиться вниманием Сони с другими.

— Сонька, а он тебя не обижает? – спросил сын Прохора девушку прищурившись.

— Нет, – улыбнулась София. – Скорее я его. Устроила забастовку. Заставила мне еду в комнату приносить, – продолжает улыбаться во всё тридцать два зуба.

— Порядки здесь свои устроила, – засмеялся Ян. – И вы ей это позволили? – насторожённо спросил уже меня.

— Да, – коротко ответил я.

— За какие это заслуги? – уточнил, не отрывая взгляда от моего лица.

— Разве отец тебе не рассказал, кто такая Соня? – спросил у него.

— Нет. О чём вы?

— София — моя дочь, – громко произнёс.

— Это правда? – воскликнул Ян, шокировано посмотрев на девушку.

— Он так утверждает, – пожала плечами вредная обжора, поедающая уже третий стейк.

Мне не жалко. Просто удивительно. Обычно она еду с подноса еле клевала, а здесь три стейка.

— Соня, ты хотела свободы, – начал я главное. – Ты её получишь. Днём мы будем вместе работать в клинике, потом ты сможешь уезжать, куда тебе вздумается. Ян может приезжать к тебе, когда захочешь, – посмотрел на парня и продолжил уже для него. – Но перед тем как попасть в дом, тебя будут осматривать мои люди. Извини. Безопасность превыше всего, – Ян кивнул, и я вернулся опять к Соне. – В доме вы можете общаться наедине, но за пределами дома тебя всегда будет сопровождать охрана, – глаза девочки искрились. — Но есть парочка условий: Ты всегда будешь возвращаться сюда. В место, которое отныне для тебя является Домом. Возвращаться не позднее десяти и всегда предупреждать, если задержишься. Два раза в неделю ужинаешь дома со мной. Согласна ли ты на такую свободу?

— Да, – немного подумав, ответила моя дочь.

— Но есть ещё одно условие, — оставляю этот пункт напоследок, понимая, что, возможно, на это она никогда не согласится. А это условие для меня самое важное.

— Какое? – в один голос спрашивают Ян и Соня.

— Ты никогда не…

Глава 8

Софья

— Ты никогда не поедешь в дом Прохора и не будешь общаться с ним, – произносит Царь, глядя мне прямо в глаза. По его позе я понимаю, что это условие и правда очень важно для него. Взгляд показывает, насколько он напряжён.

— Я не могу такое обещать, — отвечаю, отведя взгляд.

— Соня, родная! Пойми, я не могу жить, зная, что в любой момент ты можешь исчезнуть, – встаёт из-за стола и подходит ко мне.

— Он мне не навредит! – протестую.

— Софья, это моё условие и, если не хочешь, можешь не соглашаться, – делает шаг в сторону от меня.