Стоило мне озвучить этот вопрос, как его губы вновь впились в мои, но на сей раз с заметно увеличившимся напором, пропорциональным нашему возрастающему желанию. Ещё спустя пять минут обнажённого кувыркания на кровати и доведения друг друга до стадии кипения, на которой терпение обычно испаряется окончательно и бесповоротно, он, до боли впившись в мои губы, наконец вошёл в меня. Из-за того, что он сделал это резко и с первого же рывка вошёл в меня целиком, я вскрикнула от неожиданной боли, но из-за его языка, в этот момент затыкающего мой рот, крик получился приглушённым. Следующая серия толчков была не такой резкой и глубокой, и потому, сквозь плотную пелену накрывшего меня безумия, я удивилась, когда уже спустя несколько минут начала ощущать приближение первой волны оргазма. Наверное из-за полугодового воздержания я закончила уже спустя всего лишь каких-то десять минут с момента начала секса, после чего волна накрывала меня ещё дважды: один раз, когда я была сверху, и последний раз, приблизительно спустя сорок минут, когда он, приближаясь к своему пику, брал меня сзади. Он закончил примерно спустя минуту после того, как я начала судорожно вздрагивать и стонать от накрывшей меня третьей волны оргазма. Совершив серию из беспощадно мощных проникновений, уже спустя минуту после начала моего последнего оргазма, доведшего меня до наивысшей точки экстаза, о существовании которой я до сих пор даже не подозревала, он впился в мои бёдра своими мощными пальцами. Я не просила его вынуть из меня член даже ощутив его первые конвульсивные толчки, потому что хотела, чтобы он закончил в меня, а сам Арнольд даже не подумал остановиться, чтобы не заканчивать внутрь. Трижды натянув меня на себя до предела, он начал кончать в меня, и моё влагалище мгновенно отозвалось судорожным сжатием на первое же врезание в него горячей струи. Он кончал долго и обильно, при этом удерживая мои бёдра прижатыми к своим до предела. Я же, замерев, неудержимо стонала в подушку, не в силах контролировать растекающийся по моему нутру кайф.
…Этот секс определённо точно стал лучшим сексом в моей практике. Но я не успела в этом признаться, так как уже спустя пару минут, в попытках восстановить своё тяжёлое и прерывистое дыхание, отключилась под одеялом, которым Арнольд накрыл моё обнажённое тело по-хозяйски уверенным движением.
Всё началось с того, что я увидел их шагающими по парковке, принадлежащей супермаркету. Августа выдернула меня из офиса, чтобы отвлечь от работы с бумагами, и я сам был не против прогуляться, но я не мог предвидеть, что эта, казалось бы, стандартная прогулка по магазинам перевернёт мой мир с ног на голову.
Тереза с задумчивым видом шла по парковке с ребёнком прямо на нас и, разговаривая с ведомым ею мальчиком, не замечала ничего вокруг. Я же смотрел исключительно на неё и потому сначала не рассмотрел мальчишку. Они о чём-то бурно разговаривали, но я услышал только последнюю часть их диалога, в момент, когда они уже почти приблизились к нам впритык:
–…его мама родила ему ещё одну сестрёнку, представляешь?! – восторженно говорил ребёнок.
– Ничего себе, – с задумчивым видом отзывалась Тесса.
– А ты не хотела бы мне родить братика?
– Ха! – громко выпалила она. – Нет, дорогой, как-то не хочется.
– Жалко. А-то мне хочется. Только именно братика, если что, хорошо?
– Учту ваше пожелание, сир.
– Сир? А кто это такой?
– Ну, сир – это форма обращения к монарху в Британии и Бельгии.
– Британии и Бельгии? Это где? Далеко?
– Это за океаном.
– За нашим океаном?
– Да, за нашим.
– А кто такой монарх?
– Тот, кто носит корону.
– Но это же король.
– Короли – это монархи, а монархи – это короли, понимаешь?
Дав последний ответ на последний вопрос мальчика, Тесса наконец подняла взгляд из-под своих ног и заметила нас, когда между нами оставалось всего несколько шагов. В момент, когда она остановилась, я машинально посмотрел вниз, на ведомого ею ребёнка, и сначала не понял, что именно увидел. На меня в упор смотрел… Я?!
От неверия у меня неконтролированно дёрнулась бровь. Я никогда не верил в существование реинкарнации, но я всегда верил в существование продолжения человеческого рода, то есть в секс и в его последствия. Но в моём случае последствий не могло быть. Я всегда предохранялся. Ни разу, ни с одной девушкой у меня не было осечки. Я был уверен в этом, потому как помимо Терезы у меня, в разные периоды жизни, была половая связь с семью разными женщинами, и все семеро, я знал это наверняка, после меня ещё долгое время оставались бездетными. Но о Терезе я до сих пор ничего не знал. Её не было в социальных сетях…
