Он вызвал меня к себе в кабинет уже спустя пять минут после своего появления. Арнольд хотел пойти со мной, но я доходчиво дала ему понять, что не желаю никакого покровительства с чьей бы то ни было стороны. В итоге всё закончилось тем, что наш мягкотелый босс подавленным и даже огорчённым тоном извинился передо мной за проявленную им накануне вспыльчивость по отношению к моей персоне, я же в ответ сообщила ему о том, что доктор Ламберт всё ещё находится за решёткой. Рот мгновенно вспыхнул, однако мне удалось прояснить ситуацию до того, как он успел выкинуть меня в окно за моё упорное нежелание слушаться его бесхребетных приказов. В итоге он завершил наш непродолжительный, но продуктивный разговор словами о том, что его вчерашнее заявление, будто главным следователем в ведении дела Стрелка отныне будет являться Рид – это всего лишь навсего неудачная шутка. Таким образом ведущим следователем этого дела продолжаю являться я, но тем не менее Рида поспешно переформировали из помощника следователя в следователя и вручили ему дело Стэнли Ламберта. Возможно, мы бы отпраздновали его повышение, если бы не понимали, что под ним подразумевается: Рот свалил на нас двоих всю тяжёлую работу, и если кто-то из нас надорвётся или дрогнет от переизбытка давления, взимать за любую вибрацию будут именно с нас. По факту, Рот просто перевёл все основные путеводные стрелки на нас. Сценарий Арнольда сработал: Кадмус Рот себе не изменил, и мы вновь были в деле, только теперь с надеждой на то, что из-за привлечения общественности начальство начнёт наконец предоставлять нам максимальную и своевременную помощь, которой не было, когда я настаивала на установлении наблюдения за Терезой Холт. Впрочем, об этом моменте я решила Роту не напоминать, так как и без того в этот момент ходила по чрезмерно тонкому льду.
Итак, у нас с Арнольдом были разные, но пересекающиеся дела, так что мы решили продолжать работать точь-в-точь по той же схеме, по которой работали до того, как меня вернули на моё место, а его повысили в звании, тем самым совершив два крутых виража в течение всего лишь пятнадцати минут. Но результаты продолжали оставаться нулевыми: всё, что можно было изучить, мы уже давно изучили от корки до корки. Поэтому мы решили ещё раз посетить квартиру Холт, в надежде на то, что свежий взгляд сможет нам подкинуть хоть что-нибудь. Я уже схватилась за свою форменную куртку, как вдруг мне сообщили о приходе родственников Терезы. Мы с Арнольдом переглянулись, после чего я попросила провести пришедших к моему столу. Я не удивилась, когда порог кабинета переступила Астрид, но когда за ней вошёл неизвестный мне мужчина бродячего вида, мои брови слегка приподнялись, и я, едва уловимо повернув голову к Риду, сжатым шёпотом поинтересовалась у него:
– А это ещё кто такой?
– Не знаю, – похожим шёпотом отозвался Арнольд.
– Доложили, что пришли родственники. Ты опрашивал родственников.
– Этот человек точно не значился в списке родственников Холт, – поспешно договорил он, и в следующий момент перед нашим столом наконец остановилась эта странная парочка.
– Астрид, – хмыкнула я, указывая ей на стоящий напротив стола Рида стул и тем самым предлагая ей взять его, а мужчине расположиться на том стуле, который стоял напротив моего стола.
С шумом передвинув стул, Астрид наконец села рядом с пришедшим с ней пожилым мужчиной, который вблизи оказался ещё менее ухоженным: одежда потрёпанная, особенно сильно пострадала от времени его вязаная шапка, лицо не видело бритвы не меньше месяца, глаза лихорадочно бегают, и я вдруг отчётливо уловила запах курева, и алкоголя, который исходил едва ли не видимым шлейфом от этого персонажа. Я никогда не испытывала презрения к потерявшим равновесие людям, мне всегда было их жаль, а потому я отнеслась к этому человеку так же, как отнеслась бы к любому другому своему посетителю.
– Может быть хотите чай или кофе? – поинтересовалась я, глядя именно на сидящего впритык к моему столу мужчину, а не на расположившуюся чуть поодаль Астрид. Он сначала даже не понял, что я задала этот любезный вопрос именно ему.
– Н-нет, благодарю… – растерявшись, быстро заморгал он.
– Пейтон, Арнольд, познакомьтесь, это мой отец Гай Уэнрайт, – наконец решила прояснить ситуацию Астрид.
Точно! Она ведь рассказывала мне о нём… Я сразу же вспомнила историю её непростых отношений с биологическим отцом.
– Приятно познакомиться, – почти одновременно произнесли мы с Арнольдом.
– Да уж… – хмыкнул мистер Уэнрайт, при этом гулко выдохнув, отчего воздух между нами едва не воспламенился от переизбытка градуса, испаряемого из его рта, словно из жерла вулкана.
– Я пригнала твою машину, Пэйт, – продолжала сверлить меня взглядом Астрид. – Оставила в конце парковки участка.
– Но у тебя ведь нет ключей, – удивлённо приподняла брови я.
– Мы с Маршаллом позволили себе отбуксировать её. Иначе ты её вообще никогда не заберёшь.
