– Кем угодно. Помешавшимся маньяком, который мечтает затащить тебя в тёмный угол, – глухо бубнил Эрик, наслаждаясь ощущением выпирающего в ладонь хрупкого позвонка на шее Майки.
– Ну у тебя и фантазии, – беззаботно отозвался младший, послушно шагая к двери и улыбаясь.
Эрик смотрел на поросшую высоким кустарником обочину, заканчивающуюся стволом внушительного бука, на утонувший в темноте проулок до безлюдного сквера. Плечо Майки то и дело подскакивало от шага и врезалось ему под мышку. Видя, что его не отпускают, парень просунул руку под куртку Эрика и приобнял его за талию.
Эрик кусал нижнюю губу, сканируя голодными глазами ночные улицы. Во рту пересохло, в голове отдавало гудением неистовой буханье сердца, но он продолжал вдыхать ошпаривающий внутренности аромат, исходящий от брата, и ежесекундно проверять, не надавливает ли пальцами, не гладит ли ими кожу на шее Майки. Надо было убрать руку и отстраниться. Надо было, но, позволив себе послабление, парень тут же попал в плен собственных желаний.
– Все за меня так переживают, – продолжал щебетать младший. – А мне кажется, я счастлив здесь. Мне нравится маленький город. И я теперь не один. Тебя мне вполне достаточно, даже друзей больше не надо.
От этих слов Эрика захлестнуло таким неистовым чувством, что он непроизвольно сжал шею Майки и шумно выдохнул.
– Эрик? Ты в порядке? – Майки попытался заглянуть ему в глаза. – Зря я тебя потащил. Тебе плохо?
– Нормально… – выдохнул Эрик, обнимая себя руками, словно это могло прогнать наваждение.
– Мы уже близко. Давай же, обопрись на меня. Прости, всё моя проклятая бессонница…
– Пусти, – Эрик грубо оттолкнул брата, и тот поплёлся следом.
Парень скользил злым взглядом по стенам домов и видел, как швыряет Майки об одну из них, неистово кусает за шею и плечи, перехватывает пальцами его горло. Лишь бы стереть эту довольную ухмылку с лица. Прикусить его губы, чтобы вкус крови перебил их разъедающую сладость.
– Как ты представляешь себе Эйприл? Блондинка? Брюнетка? – он решил говорить, чтобы отвлечься.
Майки с радостью нагнал его и снова заулыбался.
– Не знаю… Но вот ты сказал, что она может быть не девушкой, а маньяком, и мне теперь кажется, что это какой-то мерзкий старикан вроде нашего уборщика в колледже. Забавно, правда?
– Ну-ну… А какие девчонки тебе нравятся? – Эрик выплёвывал слова, злобно глядя вперёд и мучительно надеясь увидеть там крыльцо их дома.
– М-м-м… – Майки задумался и вздохнул. – С длинными русыми волосами, голубые глаза… Худенькие, чтобы грудь не выпирала на тебя с угрозой раздавить, – он рассмеялся, тряхнув головой. – А тебе какие парни нравятся?
– Тощие и болтливые, – буркнул Эрик, с облегчением находя в поле зрения их улицу.
– Ха-ха-ха описание подойдёт даже мне! Скажи ещё, что я в твоём вкусе!
– Ты себе льстишь, – а сам подумал "Если б ты только знал…"
Впереди белым призраком вырос дом, как грозное предзнаменование с впалыми глазницами окон. Оба парня замерли, глядя на него.
– Прямо, как на фото… – едва слышно выдохнул Майки, стискивая в кулаке край куртки брата.
– Он и был на фото, – глухо отозвался тот.
– В смысле? Это же наш?..
– Мы живём, – Эрик резко развернулся к нему, буравя ненавидящим взглядом. – В том самом доме.
Он смотрел, как расширились от ужаса глаза Майки, а затем развернулся и пошёл.
Попав домой, Эрик рванул в ванную прямо в куртке и ботинках и заперся там. Он стёк по стене на пол, обхватив голову руками и глубоко вздохнул, оказавшись наконец вне досягаемости брата.
А Майки вдруг почувствовал, что силы покинули его. Он вошёл в комнату, забыв плотнее прикрыть дверь, стянул с себя одежду и упал на кровать, но уснуть не мог. Ему казалось, что в комнате он не один. Чей-то пристальный взгляд преследовал его. Парень цепенел от ощущения, что нечто подбирается к нему, но не мог ни пошевелиться, ни вскрикнуть, пока наконец не погрузился в подобный бреду сон.
***
Эрик не знал, сколько он так просидел в ванной, перебирая свои жуткие мысли. Бороться с ними не было толку – они впивались в мозг своими маленькими отвратительными щупальцами ещё сильнее и мучительнее. Тогда он решил дать им волю, чтобы понять, совсем ли он сошёл с ума или ещё есть надежда. Он погрузился в себя и с ужасом наблюдал, как и куда приведут его желания. Он видел, как хлещет Майки по щекам, пока у того из носа не брызнула кровь, безжалостно сжимает голые плечи брата до синяков и валит на землю, целует жёстко, до боли. Далёкое незнакомое место, влажная земля, обломки здания и Майки, распростёртый под ногами, без движения и признаков жизни. Эрик смотрел на его обнажённое забрызганное кровью тело, крепко сжимая тяжелую рукоять, опускался на колени и целовал в последний раз. И перед глазами оживал момент, когда Майки поворачивается, испуганно вскидывает глаза – за секунду до удара…
Очнувшись, Эрик, пошатываясь и дрожа от накрывшего его ужаса, поднялся. Он взмок, как после долгой пробежки, и липкие капли пота скользили по шее за воротником. Парня не покидало ощущение, что ему всё это снится.
