Не раз этот город доблестно отражал от своих стен врагов; постоял он и теперь за свою славу. Защиту вели бояре Морозов и Бутурлин. Первая сшибка под стенами Пскова была совсем неудачна для шведов: на вылазке русские много их побили, в том числе убили и одного из главных их начальников. Шведы принялись копать рвы, ставить туры, соорудили вокруг Пскова более десяти земляных городков (батарей), поставили пушки и три дня громили город простыми и калеными ядрами; но Псков и не думал сдаваться. Тогда шведы решились взять город приступом. Приступ не удался. Уже третий месяц стояли враги под городом, а конца осады и не предвиделось; очень это сердило Густава Адольфа, который в то время считался лучшим полководцем в Европе, но делать было нечего, пришлось подумать о мире, чтобы не затягивать снова войны на долгое время…
Переговоры начались в сельце Дедерине при посредстве Джона Мерика.
Приехали сюда и голландские послы помочь заключению мира. Любопытен рассказ одного из них об ужасном состоянии края, по которому пришлось им ехать. На всем пути от Новгорода до Старой Русы и дальше до Дедерина представлялась огромная снежная пустыня, только изредка попадались опустошенные деревни. В избах валялись непогребенные тела… Когда голландцы думали расположиться на ночлег в избе и обогреться от холода, то должны были сначала вытаскивать трупы; но невыносимый смрад выгонял путешественников из жилья, и они принуждены были ночевать на морозе и зажигать избы, чтобы хоть сколько-нибудь обогреться и обсохнуть. Волки бродили стаями. В лесах ютились воровские шайки… Старая Руса, прежде довольно многолюдный город, представляла груду развалин…
Совещания в Дедерине происходили в шатре среди поля на снегу, потому что в селе не нашлось достаточно просторной избы. Уже раньше начались письменные пререкания между русскими и шведами о титулах и укоры за то, что шведы не воздавали должной чести Михаилу Феодоровичу. В Дедерине (с 4 января 1616 г.) продолжались эти споры. Уполномоченный со стороны Швеции, известный Яков Делагарди, указывал на свои заслуги России в Смутную пору и жаловался, что Василий Иванович Шуйский не выплатил шведам положенной платы. Русский посол князь Мезецкий в свою очередь умалял заслуги шведов, корил даже Якова Делагарди в измене, а тот напоминал, что русские всяких чинов люди крест королевичу (Карлу Филиппу) целовали, и прибавил:
– Вам бы королевича на Московское государство принять!
На это Мезецкий с негодованием отвечал:
– Что ты за бездельное дело затеваешь? Мы королевича не хотим… Если вперед станете об этом говорить, то мы и слушать не хотим.
Русские послы даже встали в сердцах и хотели уходить, когда Делагарди снова заговорил было о Филиппе. Насилу посредникам удалось успокоить их.
На следующий день съехались у Мерика и приступили к делу, к вопросу, какие города шведы должны вернуть России. Опять начались споры, «бездельные речи» и «негожие слова», как выражались русские о неумеренных требованиях шведов. Русские послы в свою очередь выводили из терпения своих противников, требуя от короля не только Новгорода, но и Лифляндии, «отчины великих государей российских». Шведы хотели было в свою очередь прервать переговоры и уйти. Посредники уговорили их остаться.
– Ливонских городов вам за государем своим не видать, как ушей своих! – в досаде воскликнули шведы.
– Вы так говорите, – отвечали русские, – не думая о Боге, а мы, прося у Бога милости, будем доискиваться своего: не отдадите без крови – отдадите с кровью!
Много раз съезжались, спорили, торговались, перебранивались русские послы со шведскими… Дело затянулось до половины февраля; начиналась весенняя распутица. Наконец порешили заключить перемирие с 22 февраля по 31 мая, а там снова съехаться и договориться обо всем окончательно.
По истечении срока, после долгой переписки, съехались шведские и русские послы в селе Столбове, меж Ладогою и Тихвином, и начались снова переговоры при посредстве Мерика. Много стоило хлопот «князю Ивану Ульяновичу», как величали его русские, улаживать дело. Переговоры в те времена были настоящей словесной войной: противники старались прежде всего ошеломить друг друга непомерным запросом; затем с большим трудом делали сбавки, стараясь всеми силами перелукавить противную сторону, причем всячески корились и ссорились. Проспорили в Столбове почти два месяца; наконец 27 февраля 1617 г. написан был договор вечного мира. Шведы обязались возвратить русским Новгород, Старую Русу, Порхов, Ладогу с их уездами и Сумерскую волость, а русские уступали шведам побережье Финского залива (Ингрию) с городами: Иван-город, Ям, Копорье; кроме того, город Орешек при истоках Невы и область Корелу, да сверх того обязались уплатить 20 тысяч рублей деньгами.