Зеркала и картины долго считались в старину запретными вещами; но в XVII в. мало-помалу по примеру царя бояре стали украшать свои покои картинами (эстампами) исключительно священного содержания.
Для хранения разных вещей наши предки употребляли
Дорогие сосуды переходили по наследству и составляли иногда важную часть имущества. Кроме металлической посуды, в XVI и XVII вв. встречаются у богатых людей сосуды из камня: агатовые, сердоликовые, из горного хрусталя. Входила в обычай понемногу и стеклянная посуда, преимущественно цветного стекла, которая привозилась из-за границы.
Простой народ довольствовался деревянной посудой; особенно славились хорошей работой калужские, гороховецкие и карельские изделия. Иногда деревянная посуда украшалась очень недурной резьбой.
Золотая и серебряная утварь переходила от отца к сыну по наследству как дорогая память предков. Цари в знак милости жаловали своих приближенных кубками, чарками; бояре тоже считали своей обязанностью приносить царям в дар дорогие сосуды по случаю каких-либо торжеств или семейных радостей, например, бракосочетания, рождения детей и т. д. В частном быту было тоже в обычае дарить друг друга в именины и проч. Чем знатнее и влиятельнее был человек, тем больше у него накоплялось и царских подарков, и приношений от подчиненных, – и нередко встречались дома, где поставцы ломились под тяжестью всякого рода серебряных и даже золотых вещей, нередко очень тонкой, даже артистической работы, с узорами, с изображениями цветов, плодов, зверей, птиц, людей и пр. Все эти драгоценности были показные, служили украшением боярских покоев и разве только в самых исключительных случаях употреблялись в дело. Встречались даже вещи, вовсе неудобные для этого: в Москве, в Оружейной палате, например, и теперь хранится серебряный кубок Ивана Грозного с сажень вышиной [более 1,5 м] и в пуд и восемь фунтов весом [ок. 20 кг]. Для украшения же покоев клались на поставцы и разные драгоценные безделушки: серебряные яблоки, костяной город с башнями, сосуды в виде лошади, петуха, челнока и пр.
Для повседневного обихода даже в достаточных домах пользовались не всегда серебряной посудой, а довольствовались медной луженой или оловянной. Для жидкой пищи употреблялись кастрюли и мисы, для твердой – блюда разного вида, смотря по кушанью (блюдо гусиное, блюдо лебяжье и т. д.). Блюда поменьше, или блюдца, ставились на стол, чтобы могли с них есть человека два или более. Тарелки (торели) долго не были в употреблении, а потом, когда стали входить в обычай, то в течение всего обеда не переменялись и служили лишь для того, чтобы класть обглоданные кости. Ложки большей частью были серебряные, а у бедных людей – деревянные, как у простого народа. Ножи и вилки долгое время не считались необходимою принадлежностью стола: твердые кушанья подавались обыкновенно разрезанными на куски, их брали прямо руками с блюд. Если и подавались ножи и двузубые вилки на стол, то в очень небольшом числе – по одному ножу и одной вилке на нескольких человек. Салфеток вовсе не было до времен Петра Великого, а руки вытирали полотенцами или краем скатерти. Солонки, перечницы и горчичницы считались необходимыми. Напитки приносились в ведерках, кувшинах, ендовах, сулеях, братинах, – все это в богатых домах было из серебра. Пили кружками, чашами, ковшами, чарками, достаканами (стаканами). Серебряный кубок для питья за здоровье считался необходимой вещью даже и в небогатом доме.
